— Вам нельзя помогать, да?

Он лишь кивнул.

— И уговаривать? И предлагать? И просить… И настаивать… И снимать наказание… — Ник сдвинула ворот вниз, показывая две аккуратные ранки на шее. — Ну вот… Как-то так, Мигель. И у меня оправдание есть — вы меня до колик в животе пугаете. А еще я не люблю вампиров.

Стол просто взорвался щепами в воздух. Кресло влетело в стену, и тут же понеслось обратно ошметками кожи и внутренней обивки. Потом были полки и что-то еще. Кажется, посуда, бумаги и инфопланшет. Мигель носился так, что Ник его не видела — только последствия его гнева. Но ни щепки не упало на саму Ник — первым делом Мигель все же набросил на Ник то самое заклинание. И она опять не заметила, как же его формируют.

Когда последнее перо, из неизвестно как сюда попавшей подушки упало на пол, Мигель скинул оперенный пиджак, поправил рукава рубашки и громко сказал, открывая дверь:

— Джонс, живо сюда!

Тот вошел, без предупреждения переходя в боевую форму — разгром в кабинете поражал воображение. Осень мягко пошел по кругу, обходя Переса и готовясь нападать. Выдвинулись клыки, выросли когти, он чуть наклонился вперед.

Мигель лишь бросил ему, даже не отслеживая его передвижения:

— А я ведь считал тебя другом. И верил, что это взаимно.

Лин осторожно заглянул в кабинет и решил, что имеет право тут находиться.

Он вошел, рассматривая разгром, смирно сидящую на стуле Ник, уже замершего и перешедшего в обычное состояние Джонса.

Перес ткнул в Лина указательным пальцем:

— На что угодно готов спорить — и ты тоже был в курсе. Один я идиот верю, что межвидовая дружба существует.

Ник пришла парням на помощь, точнее она решила заступиться за Линдро:

— Справедливости ради, Лин единственный, кто настаивал на разговоре. Если бы не он, я бы не решилась сегодня поговорить с тобой, Мигель.

— И я бы не узнал, что мой друг сегодня обрел свободу от меня. Документы — тут я не в силах ничего поделать, но ведь привязка важнее. Привязка — это уже свобода… Я бы не узнал…

Джонс растерянно поправил прядь волос:

— Я…

Перес обиженно фыркнул:

— Пффф… Лучше молчи. Я еще отвратительно зол.