— Я не признаю долгов. Я ловец. Это моя работа. Неужели вы каждому спасенному ставите долг, ведь вы же страж?

Парень чуть расслабился:

— Хорошо, что вы так относитесь к долгу. Спасибо, мне стало легче. Тогда… Ответьте на пару вопросов, пожалуйста.

— Страж Верн, вынуждена вас предупредить: если вы не объясните причину, по которой вы устраиваете мне допрос, то ни один суд не примет ваши показания к рассмотрению. Вы обязаны объяснить мне причину вашего допроса — я не собираюсь себя оговаривать или оговаривать кого-то иного. Это азы вашей службы, Верн. Я знаю, что новые власти не так строго подходят к работе стражей, считая главным найти и догнать, но в судах еще сидят люди, а они дотошны в плане законов.

— Мадмуазель… Я…

Кофе поднялся пеной в турке и чуть не выплеснулся наружу, Ник отвлеклась на него:

— Пока я делаю кофе, у вас есть пара минут все хорошенько обдумать и начать правильно. Хоть сразу скажу — я не нарушала законов Двадцать первого округа. Я ловец, я сама рука закона.

Верн лишь сцепил зубы, так что желваки заходили — кажется, для него клановый долг все же значил слишком много.

— Мадмуазель Ник… — начал он, когда она поставила перед ним чашку с кофе и тарелку с печеньем. — Вы не любите свою профессию?

Ник села напротив него:

— Забавное начало. Я не выбирала сама, чем мне заниматься, это сделали за меня, но я никогда не жалела о спасенных жизнях — вот этим мне нравится моя работа. Надеюсь, вам тоже нравится ваша служба — спасать чужие жизни.

— Все же ваша служба — нечто иное.

— Не сказала бы. — улыбнулась Ник, делая первый глоток кофе — утро было замечательное, скоро должен был приехать Лин, и кофе получился преотменный, его даже непонятный енот не испортил.

— Я могу спросить: когда и где именно вы покинули зону триста один?

— Можете, тут нет тайны — я покинула зону триста один где-то в районе перехода её в зону триста два. Там я колесила без толку две недели — была шикарная магическая буря, сломавшая у меня все приборы в автодоме. Вырвалась я из зоны триста два первого первоцвета через автоматический пост в районе деревни Бриш.

Енот выругался, отставляя в сторону чашку с кофе:

— Вкусно, но…

— Скажите, в чем вы меня подозреваете?

Он открыл свой планшет и достал фото… Самой Ник… Отвратительно мертвой самой Ник.

Она выругалась вслед за стражем, рассматривая фотографию: