Ник, поглаживая коня по холке и пытаясь убедить себя, что под теплой шкурой всего лишь механизм, сказала:

— Уговор прежний — подходишь ко мне и моей сестре только под заражением.

— Я помню. И раз в месяц буду приходить и проверять тебя и Лина на наны Дуба. И никогда не приближаться без магии. И не копаться в твоих мыслях. И… Ник, я постараюсь, чтобы возвращение человечества никак не отразилось на вашей жизни. Вашей — это жизни поверхностных, вампиров, оборотней и других разумных видов. Я, кстати, пытаюсь добиться признания разумности всех фейри.

Ник улыбнулась ему:

— Вот тут ты молодец. Честно.

— Ты, кстати, так и не спросила про одного человека, который весьма важен для тебя.

Ник прикусила губу, а Лина, который бы напомнил, что так делать нельзя, рядом не было. Она пробормотала:

— Знаешь, я сперва загляну в глаза своего сына и тогда решу — а могу ли я его бросить? А могу ли я его оставить воспитываться и жить самостоятельно, без моего вмешательства, как выбрал мой отец. Я загляну в глаза сына и попытаюсь честно ответить на вопрос: а могу ли я его заставить воплощать великое предназначение — спасение лордов от влияния роя? И если что-то дрогнет, и я смогу бросить сына для воплощения им великого предназначения, как сделал мой отец, тогда я и прощу его. И, быть может, встречусь с ним.

— Он в Холме Справедливости. Я отменил его наказание. Он знает, что ты жива и ждешь малыша.

— Значит, у него все хорошо. Вот пусть и дальше так будет. А я сперва загляну в глаза сына и поищу ответы на вопросы. Не раньше, понял? Не раньше ответов на эти вопросы я встречусь с Рассветом. И давай уже домой. Я устала, если честно.

…В Либорайо они вернулись под вечер. Конь легко влился в оживленное уличное движение, соревнуясь в скорости с машинами. Пахло её Либорайо. Пахло её домом. Она вернулась туда, где её ждут. Туда, где она нужна. Туда, где её самой нужно быть.

Кофе, пыль, чуть-чуть ожидания чуда, чуть-чуть веселья — она же душеедка, она умеет считывать эмпатический слой с сознания людей. Её город, её жизнь, её выбор.

Зак, видимо, позвонив Лину и выяснив, где он находится, привез Ник к какому-то клубу. Помог спешиться, провел внутрь клуба, нашел Лина, который медленно цедил пиво из почти полного бокала, когда вокруг парней из отряда была куча открытых бутылок с кое-чем покрепче. Глаза пьяного в хлам Утеса неожиданно протрезвели, когда он увидел подходящую к их столику Ник:

— Охренеть… Я, что, ничего не понимаю?

Лин, вставая и направляясь к Ник, чтобы обнять её, только и буркнул:

— Я тебе об этом весь день пытаюсь сказать. Мы не расстались с Ник. Она уехала на задание. Это разные вещи. Она боялась, что наны Дуба прочитают её намерения и не позволят вырваться из-под их влияния. Кстати, Утес, объясни Мигелю в следующий раз, когда он попытается вновь меня накачивать снотворным ради моего же блага, что во мне наны Пса. Именно они инактивировали снотворное тогда в машине, когда возвращались в Либорайо из зоны двести шесть.