Это все хорошо.

Потом начинается то, что нехорошо. Потому что – что вы станете делать с двойником, когда его работа кончена?

Конечно, его можно сохранить. В гигабитном пространстве достаточно места, и еще одна записанная личность ничего не меняет. Но некоторым не нравится то, что у них есть двойники. Особенно таким, как Кассата. Он военный, и у него военный мозг. Для него двойник, знающий все, что знает он сам, не просто раздражение. Это риск для безопасности. Кто-нибудь может отыскать его и допросить! Угрожать ему! (Каким образом?) Пытать его! (Как?) Поднести огонь к его ногам (если бы у него были ноги) – ну, не знаю точно, что происходит в сознании Хулио Кассаты, и слава богу, что не знаю.

Все это, конечно, очень глупо, но двойники принадлежат Кассате, а когда он думает, что какой-то воображаемый враг может узнать от них его служебные тайны, его ничто не остановит. Он сменный командующий ЗУБов, Звездного Управления Быстрого реагирования. Это означает, что он распоряжается всей оборонительной программой, созданной на случай выхода Убийц из кугельблитца. Ему необходимо проводить различные совещания и встречи на расстоянии, он делает это ежедневно, что означает, что, если бы он оставлял своих двойников в записи, сейчас вокруг находились бы сотни и тысячи генерал-майоров Хулио Кассат.

Поэтому он их не сохраняет. Он убивает их.

Вот что должен испытывать сам Кассата. Уничтожая двойника, он чувствует себя так, словно убивает брата-близнеца.

А самое плохое в этом то, что двойник – он сам, черт побери! – знает, что произойдет.

Иногда это делает наши разговоры очень мрачными.

Вот почему я не разорвал Хулио Кассату на имитированные кровавые куски за его наглость. Он был удивлен не менее Эсси. Развернул свежую сигару, глядя на меня.

– С вами все в порядке? – требовательно спросил он.

«Все в порядке» даже близко не подходит к верному диагнозу, потому что я думал, насколько близко мой двойник подошел к Кларе и как она будет на него реагировать, но ничего подобного я Кассате не сказал. Просто ответил:

– Все будет в порядке, когда вы мне объясните, что происходит.

Я был очень вежлив, но Кассата никогда не разделял мнения, что вежливость должна быть взаимной. Он зубами отгрыз кончик сигары и выплюнул отвратительный комок табака на пол, внимательно глядя на меня. Потом сказал:

– Вы не так уж важны, как вам кажется, Броудхед.

Я продолжал улыбаться, хотя температура начала подниматься.

– Вы считаете, что конфискация только из-за вас. Неверно. Как вы знаете, корабль хичи прибыл прямо из ядра.