Мы были на орбите вокруг Земли, а вместе с нами также и множество других артефактов. Я узнал крейсеры ЗУБов и даже огромное Сторожевое Колесо.

Этого я вынести не мог.

Однако что делать, я знал. Когда положение становится для меня непереносимым, я знаю, где мне получить помощь.

– Альберт! – воскликнул я.

Но Альберт продолжал смотреть на Землю и Луну, на остальные объекты за корпусом «Истинной любви», сосал трубку и не отвечал.

20. Снова дома

Альберт Эйнштейн оказался не единственным устройством, которое, по-видимому, перестало функционировать. На кораблях ЗУБов тоже возникли проблемы. Все системы контроля оружия просто перегорели. Не работали.

Все остальное действовало совершенно исправно. Связь работала хорошо – и была перегружена: все спрашивали друг у друга, что же произошло. Никакого непоправимого ущерба нанесено не было. На Колесе горели огни, работали компенсаторы массы. Машины готовили пищу и прибирались. Койки в каюте коммодора на флагмане ЗУБов продолжали заправляться, мусоросборщики исправно принимали отходы.

«Истинная любовь», на которой никогда не было вооружения, оставалась как новенькая. Мы могли немедленно лететь куда угодно.

Но куда?

Мы никуда не полетели. Алисия Ло села за приборы и вывела нас на безопасную орбиту. Меня это не тревожило. Я на все сто процентов сосредоточился на своей информационной системе и дорогом друге Альберте Эйнштейне.

– Альберт, пожалуйста!

Он достал изо рта трубку и с отсутствующим видом посмотрел на меня.

– Робин, – сказал он, – я должен попросить вас проявить терпение.

– Но, Альберт! Я тебя умоляю! Что будет дальше?

Он бросил на меня непостижимый взгляд – во всяком случае, я его не понял.

– Пожалуйста! Мы в опасности? Враг собирается убить нас?

Он изумился.

– Убить нас? Что за нелепая мысль, Робин! После того как они познакомились со мной, и с миссис Броудхед, и мисс Ло, и генералом Кассатой? Нет, конечно нет, Робин, но вы должны меня простить: я сейчас очень занят.