Насколько Конан мог судить, оно вполне должно было подойти Найде по размеру. Единственное, что его напрягало — расшитые кружевами, бисером и вышивкой ворот, и манжеты рукавов. Да и материя выгорела от времени, и вместо ярко-синего платье было бледно-голубым. Конан буркнул:

— Это — свадебное, что ли?

Женщина кивнула, всё ещё с некоторым подозрением глядя на наспех перевязанного северного гиганта с огромным мечом и хрупкую девушку в разорванном и укороченном платье, прятавшуюся у него за спиной.

Но Конан не стал подогревать подозрения хозяйки. Обернувшись, спросил Найду:

— Подойдёт?

Та еле слышно кивнула:

— Да.

Киммериец без лишних слов передал золотой женщине, сразу запустившей в него жёлтый и кривоватый зуб. Проверке качества монеты это, однако, не помешало. И вот уже платье перекочевало в руки варвара. Он кивнул:

— Спасибо.

Женщина, так ничего и не сказавшая, хотя Конан видел, что она по зингарски понимает отлично, кивнула. После чего снова закрыла дверь. Шум и визг продолжились.

Конан передал довольно тяжёлое платье Найде:

— Пойдём-ка вон туда. За вон той копной сена ты сможешь переодеться.

Новое (Ну, вернее, всё же — старое!) платье на Найде смотрелось шикарно. Конан ей так и сказал:

— А то в этих лохмотьях мне просто стыдно было. За тебя!

— Конан! Ну как ты не понимаешь! Оно же — старое! Сейчас такие никто не носит.

— Плевать. На первое время пойдёт. Или ты предпочла бы на постоялый двор идти в том? — он кивком указал на небрежно сброшено наземь дырявое платье, которое с оторванным подолом едва доходило девушке до колен.

— Ну… Нет, конечно.

— Вот и хорошо. Пошли.