— Я сделаю всё, чтобы ты снова увидел свет, — промолвил Агелих. — И я заставлю всех принять тебя. Ты совершеннейшее существо, какое когда-либо жило и мыслило, и мы докажем это, даже если придётся умертвить множество людей. Просто положись на меня, и совсем скоро мы покажем ничтожествам, пренебрегшим нами, твоё могущество!

Ⅲ

Ⅲ

Утром следующих суток Раапхорст стоял у дверей в покои Леона и Невелис. Молодые люди теперь открыто жили вместе и делили на двоих три комнаты, не считая ванной и кухни. Черноволосый мужчина трижды постучал и скрестил руки на груди, приготовившись ждать, сколько потребуется. В эту минуту он вспоминал себя самого, некогда влюблённого и окрылённого, и его душу наполнял ироничный смех.

— Если мне и Елене препятствовал весь Дексард, и мы ухитрялись видеться друг с другом и проводить наедине длительное время, то об этих милых детишках и говорить нечего. Им никто не мешает, и их счастье совершенно, а потому они могут позволить себе опоздание, чтобы побыть вместе ещё какое-то время, — негромко сказал Евгений.

Однако, он не учёл того факта, что для молодых людей на протяжении большей части их жизни главным принципом являлся долг, а потому пообещав что-либо, они держали слово, даже если это влекло за собой некоторые неудобства. После того, как Раапхорст постучал, прошло около двух минут, и двери бесшумно открылись. Первой в коридор вышла Невелис, за ней последовал Леон. Евгений оглядел их, поприветствовал, и все трое двинулись к выходу из крыла.

— Ты уверен, что нам можно с ним говорить? Он может быть шпионом, и в таком случае мы подведём нас под удар, — заметил Леон. — Вряд ли Греф позволил тебе…

Евгений пару минут шёл молча. Лишь когда вопрос повторила Невелис, он ответил:

— Старик явно не в состоянии запрещать после вчерашнего. Думаю, он не будет сердиться.

— А что было вчера?

На ходу обернувшись, Раапхорст строго посмотрел ей в глазах, затем перевёл взгляд на Леона, давая понять, что это строжайший секрет. Молодые люди всё поняли.

— Я показал им финальное звено моего проекта, — произнёс мужчина. — И, кажется, Греф был весьма впечатлён, — в голосе Евгения зазвучал смех. — Поэтому насчёт него можете не волноваться. Кроме того, тот юноша, которого я видел вчера у Тенерана, упомянул о моём брате, а раз так, то я, наверное, имею право поговорить с ним прямо сейчас.

Тем временем, они прошли крыло, коридор прервался, и друзья оказались в центральном корпусе дворца. Повернув направо, они двинулись дальше, туда, где, по мнению Раапхорста, поселили странного пришельца.