— Вот я и вернулся, брат, — сказал Агелих и неторопливо зашагал к танку.

Он слышал, как внутри что-то шевелится и сопит, и радовался этим звукам, как сердцебиению собственного ребёнка. Поднявшись по металлическим ступеням к башне боевой машины, профессор с большим усилием освободил вход и проник внутрь. Тотчас в утробе танка зажглись многочисленные огоньки — красные, жёлтые, оранжевые, которые, впрочем, почти не освещали окружающее пространство. Ступив на металлический пол и подойдя к невысокой двери, Агелих отворил её и оказался в довольно просторном помещении, в центре которого на скелетообразном механизме застыло чёрное нечто. К его сухому, морщинистому телу было присоединено множество трубок, скрывавших ноги и тазовую кость. Руки и шейный отдел монстра крепились к суставчатым манипуляторам, позволявшим изуродованному существу двигаться. При виде профессора, нечто издало приглушённый хрип, и открыло глаза — жёлтые с сеткой красных капилляров. Сморщенная кожа на его лице задёргалась, будто монстр хотел что-то сказать.

— Прошу тебя, побереги силы, — произнёс Франц. — Я пришёл с плохими новостями.

Тотчас послышались псионические вибрации, и Агелих насторожился.

— Не надо, — попросил он. — Успокойся.

Монстр дёрнулся на металлических фиксаторах и издал гортанный звук. Скрипнув, манипуляторы пришли в движение, и профессор в ужасе шарахнулся в сторону.

— Прошу, выслушай меня… — взмолился он. — Брат, прошу…

Эти слова внезапно возымели действие — чудовище остановилось и закрыло глаза, будто давая понять, что профессор может объясниться. Франц, мелко дрожа, вздохнул и заговорил.

— Они пренебрегли и мной, и тобой. Я показал проект научному совету, но мне отказали, это ты помнишь. Я добился аудиенции с императором, но и Тенеран не стал меня слушать. Сегодня я предпринял последнюю попытку и подкараулил принцессу. Она, как и её отец, выказала сомнение и пренебрежение, поэтому официально показать тебя людям я не могу, — промолвил Агелих и в тот же миг ощутил, как костлявая лапа монстра схватила его за шею. Вскрикнув, Франц попытался высвободиться, но чудовище, шипя и хрипя, сжимало пальцы всё сильнее. Несмотря на его тело, искалеченное и на первый взгляд слабое, чудовище обладало невероятной силой.

— Но, я… Всё равно… — задыхаясь, шептал Франц, — всё равно освобожу тебя… Это единственный выход. Отпусти…

Чудовище сощурилось и медленно, будто нехотя, отпустило биолога. Тот упал на колени и закашлялся. Это продолжалось в течение нескольких минут, после чего мужчина улыбнулся и посмотрел на чудовище, нависшее над ним громадой их плоти и металла.