— Да, я это знаю, дорогой виконт. Что насчет теории?

— Монтесс первым увеличил количество гравитонов до четырех, провел их сопряжение и оторвался на испытательном корвете от земли, тем самым доказав возможность полетов кораблей среднего тоннажа.

Ну да, первый воздушный флот в Сиверии появился около двухсот лет назад. Правда, преподаватели в Академии утверждали, что теорию воздухоплавания на гравитонах разрабатывал граф Сальваторе, он и поднял первым фрегат «Стражник» в небо. Получается, дарсийцы имеют свою версию, или же разработки велись параллельно в двух воинственных державах.

— Виконт, вы упомянули что-то о наших целях, — напомнил я.

— А, да! Чуть не забыл! — кажется, вино начало действовать. — Граф Абра, чтоб ему пусто было, серьезно взялся за мою жизнь. Если он посылает убийц, то не остановится на этом. Вот я и думаю, не привлечь ли купеческую гильдию для блокады Натандема?

— Как вы себе это представляете?

— Надавим на Боссинэ, пригрозим ему, что выдадим его тайну, если он не подговорит своих друзей не поставлять товары в провинцию. Я смогу разыграть эту карту. Когда крестьяне и горожане будут доведены до отчаяния невозможностью купить обыкновенную иголку для штопки одежды, появятся люди и начнут шептать, что граф Абра сознательно не допускает купцов в Натандем. Дескать, требует от них непомерные пошлины, на что гильдия ответила отказом.

— Чем безумнее ложь, тем лучше в нее верится, — пробормотал я.

— Именно! — щелкнул пальцами виконт. — Заставим людей поверить в ложь, а когда зад у Абры заполыхает, вот тут я и объявлюсь.

— Раньше у вас была идея оружием отвоевать родовое поместье, — напомнил я.

— От нее я не отказался, но иногда приходит мысль ударить побольнее, чтобы ублюдок в полной мере осознал свою никчемность. Даже Шампернон достоин быстрой смерти, чем граф Абра.

Я не был полностью согласен с идеей торговой блокады целой провинции. Да и не согласятся купцы на такую авантюру. Это, во-первых, принесет большие убытки для них. Во-вторых, о самовольстве гильдии непременно узнает король и обрушит на них свой гнев. Даже если Боссинэ согласится под угрозой разоблачения своих шашней с проводниками-контрабандистами пойти на подобный шаг, он не сможет уговорить своих компаньонов. Возможно, кто-то и согласится, но самые разумные не пойдут на авантюру.

Об этом я и сказал виконту. Не мог не сказать.

Ним Агосто задумался, покачивая в руке бутылку.

— Может, вы и правы, командор. Целая провинция — конечно, перебор. Но вот сам Натандем слегка обескровить…

— Виконт, не думали ли вы, что своими действиями уподобляетесь графу Абре? — я укоризненно покачал головой. — Со шпагой и отрядом головорезов можно добиться гораздо большего. Тут вам и почет, и уважение.