Последнее утверждение заставило их заулыбаться, похвалить меня за правильный настрой, а потом посерьезнеть.

Роль «тамады», как обычно, взял на себя Виктор Викторович:

— Новости смотрели?

Мы утвердительно кивнули.

— Значит, уже знаете, что за последние двое суток Интерпол поставил на уши всю Европу и арестовал более восьмисот человек, обвиняемых в биологическом терроризме!

Мы кивнули снова.

— Вы перевыполнили свои обещания… — без тени улыбки заявил он и повернулся к Дорохову: — Теперь наша очередь.

Министр обороны пожал плечами, выдвинул ящик своего стола, положил на стол бумажный пакет с гербом России в левом углу и толкнул в мою сторону:

— Твой контракт с Вооруженными Силами закрыт. Тут все документы плюс погоны старшины и шеврон «Яровита». На память о службе.

Удержать лицо оказалось невероятно сложно: страх быть посланным далеко и надолго с единственным требованием, которое я озвучил этой компании во время переговоров в кабинете Вяземского, куда-то испарился, и губы пыталась растянуть совершенно дурацкая улыбка! Слава богу, Еремеев продолжил говорить, и мне стало не до смеха:

— Это еще не все. Мы просмотрели записи с камер ваших шлемов сами, прочитали доклады аналитиков и пришли к выводу, что каждый из вас совершил небольшой подвиг…

— Виктор Викторович… — начал, было, я, сообразив, к чему он клонит, но нарвался на крайне жесткий взгляд человека, не привыкшего, чтобы его перебивали, и заткнулся. А пресс-секретарь президента продолжил говорить:

— Возьмем, к примеру, вас, Валерия Евгеньевна! С момента высадки на крышу перинатального центра клиники «Ангел-хранитель» и до последних минут начавшегося боестолкновения вы выполняли поставленную задачу, как часы. А потом помогали бойцам «Яровита» экстренно потрошить бойцов «Иностранного Легиона», скрывавшихся под личинами сотрудников ЧОП-а «Волга». Знаете, я разговариваю на трех иностранных языках и до недавнего времени этим гордился. Но скорость и легкость, с которой вы переключались с французского на испанский, итальянский, немецкий или английский при первой же попытке допрашиваемых назваться уроженцами этих стран, меня поразила до глубины души. Равно, как и невозмутимость, с которой вы выполняли добровольно взятые на себя обязанности… в ситуации, в которой запросто сломались бы девять из десяти неподготовленных мужчин!

Да уж, с этим было трудно не согласиться — за три с половиной часа непрерывных допросов от крови, криков и запаха нечистот устали даже «главные потрошители» взвода. А Рыжова не только переводила даже почти неразборчивые хрипы, но и, при необходимости, подыгрывала парням, изображая напрочь отмороженную маньячку!