И Симби поспешно двинулась дальше — в надежде избавиться от бедствий бедности, или покинуть Бедную землю.

Вскоре перед нёй открылась дорога, но она не узнала, потому что спешила, Дорогу Смерти и зашагала вперед и вскоре вышла на берег реки.

И вот, значит, жажду она утолила — водой из реки, — но еды там не было. А поскольку у нее и зеркала не было, она подсела к самой воде, чтобы увидеть себя в отражении. И увидела в отражении, что стала худая, волосы у нее слежались, как пыль, а от голого тела ей сделалось стыдно. И все эти бедствия вызвала бедность, когда она шла по Бедной земле.

Симби стыдливо заторопилась дальше и вскоре опять подступила к лесу. И в лесу она нарвала широких листьев. И связала их вместе тонкими прутьями. И она обернула все тело листьями, так что получилось вроде одежды. А потом отправилась по дороге дальше и шла, пока не увидела дом. Этот дом стоял у края дороги.

Симби давно уже хотела есть, а поэтому свернула к придорожному дому. В доме она увидела старую женщину, которая сидела на стуле в углу. А вокруг стояли разнообразные боги — единственные соседи хозяйки дома. Других соседей у женщины не было, потому что люди поблизости не селились. Эта женщина была владелица богов. Изредка в дом заходили торговцы, чтобы продать ей одежду и пропитание — для нее самой и ее богов.

— Добрый день дому сему, — сказала Симби чуть слышным голосом, потому что голод лишил ее сил.

— Добрый день пришелице, которую я распознала, как даму, по голосу, — тоже чуть слышно ответила женщина из того угла, где обычно сидела. Женщина была такая старая, что могла распознать — из-за старческой немощи — пришелицу от пришельца только по голосу, а глаза она открывала с великим трудом.

Как только Симби вступила в дом, она едва не выскочила за дверь — от страха при взгляде на многих богов, которые не стояли лишь в том углу, где сидела сама хозяйка.

— Не дадите ли вы мне в доброте своей чего-нибудь поесть? — падая на колени, прошептала Симби, едва живая от нестерпимого голода.

— О, к сожалению, те бананы, которые вы видите передо мной, предназначены только для меня и моих богов, — ответила Симби старая женщина.

— А другая пища, которая лежит рядом с вами?

— Она тоже только для меня и моих богов.

— Тогда, быть может, вы уделите мне хоть глоток воды? — упавшим голосом попросила Симби, потому что и сама чуть-чуть не упала, лишившись от голода всех своих сил.

— Что-что? Воды? Она тоже только для меня и моих богов! — резко ответила старая женщина.

— Но вы, надеюсь, видите, что я, по бедности, прикрываю наготу свою листьями вместо одеяний? — С последней надеждой спросила Симби.