Возрастом нимфа была, на мой взгляд, лет примерно тридцати. Глаза у нее ясно светились умом, лицо сияло, как у пятнадцатилетней от рождения девушки — без всяких морщинок, шрамов или прыщей, — а волосы были гораздо светлей, чем черные, но, возможно, их просто высветил подводный климат. Зубы — на диво белые и вплотную друг к другу, нос выточенный, будто у изваяния, а на ногах — мягкие туфельки из крокодиловой кожи. Голос — переливчатый и звонкий, а облик — милосердный и добрый.

Пока я все это примечал, в тронную залу вошла новая смена стражников, а прежняя смена ушла, и новая приступила к охране нимфы. Каждый из стражников был статный, могучий и устрашающий. У каждого на голове — череп акулы, на теле — чешуйчатый фартук, а на ладонях — перчатки из рыбьей кожи. Многие держали в руках массивные хвосты громадных рыб около четырех футов длины, шести дюймов ширины и с острыми шипами по краям. А у тех, кто был вооружен копьями, грудь прикрывали панцири черепах. Такая им полагалась форма. И каждый стражник — огромного роста, а по виду — циничный и дерзновенный.

Я сидел перед нимфой, или королевой реки, и думал про себя, что если судить по украшениям тронной залы, то мне, наверно, удастся получить здесь много богатств, а мой похититель жаловался тем временем нимфе, что когда я выпрыгнул за плодом из лодки в реку, то мучительно ударил его ногами по голове и поэтому он требует сурового наказания для меня. Едва его жалобы завершились требованием сурового наказания, стражники подступили сзади ко мне, готовые на самые беспощадные меры. Но нимфа позвонила в колокольчик, чтобы они пока не трогали меня, и холодно спросила:

— Зачем ты ударил его по голове?

Прежде чем ответить, я закинул ногу на ногу, будто сижу у себя дома или в гостях, а потом сказал:

— Мне нужно было не упустить единственный пальмовый плод, который я отыскал на берегу реки, а потом нечаянно уронил в воду. Вот почему мне пришлось выпрыгнуть из лодки. И я не знаю, ударил ли я кого-нибудь по голове. Но если даже и ударил, то не намеренно, а случайно.

Тогда нимфа спросила:

— Да зачем же ты прыгал в воду из-за одного-единственного пальмового плода?

И поскольку стражники были готовы немедленно схватить меня по приказу нимфы, я поспешно ей разъяснил:

— Король из Голодного города на берегу твоей реки дал мне задание добывать пальмовые плоды и доставлять их голодающим горожанам, потому что они ничего не ели с тех пор, как у них начался голод, и усохли до костей.

Услышавши мое разъяснение, нимфа так удивилась, что на мгновение даже привстала, а потом спросила: