Мистер Мирт единственный еще оставался на земле.

– Ваше величество король Альберих. Ваше величество королева Идберга, – он остановился перед фаэ и изящно поклонился. – У меня не найдется слов, чтобы выразить вам свою признательность за кров, еду и инструменты. И за ваше покровительство. Мы нарушили ваше уединение – но, я надеюсь, принести новую надежду.

– Всегда, – сказала королева Идберга. – Возьми это. И помни, что тебе и твоей невесте всегда будут рады в Холмах. Путь навсегда останется открыт для вас.

Габриэль с благодарностью принял от нее кольцо невероятной красоты и изящества.

– От таких подарков не отказываются, ваше величество, – поклонился он. – Благодарю вас. Я и мои друзья всегда будем рады вновь увидеть вас.

– Сомневаюсь, что ваши друзья задумаются о возвращении, – сказал король Альберих. – У каждого свой путь… И, Габриэль… Помни, чему я тебя научил. Никто не оскорбляет фаэ и остается безнаказанным – таков закон.

– Что ж… Мне пора идти, – вздохнул мистер Мирт.

– Вот так, не попрощавшись? – раздался голос за его спиной.

Мистер Мирт обернулся.

Джеймс, в серебряном с голубым одеянии, с распущенными по плечам волосами, стоял и смотрел на него – с растерянной насмешкой в синих глазах.

– Я не хочу прощаться, – выдохнул Габриэль. – Предполагаю, что наши пути еще не раз пересекутся… Ваше величество.

Джеймс преодолел разделяющее их расстояние и заключил Габриэля в объятия.

– Еще бы, братец, – усмехнулся он, прикоснувшись губами к его уху. – Ты мне присягнул.

Габриэль возмущенно охнул и пихнул его локтем. Джеймс рассмеялся:

– И вот что. Возьми их. Здесь время смертных все равно не имеет никакого значения.

Он вложил часы в ладонь брата.

– Это значит – прощай? – мистер Мирт сжал ладонь.

– Это значит – до встречи, – ответил Джеймс и отошел на шаг.

Мистер Мирт поднялся на борт дирижабля.

Посмотрел на Холмы, на собравшихся внизу фаэ, на яростное буйство цветов – и скомандовал: