– Такие тосты – и без меня? – Джеймс возник за спиной Габриэля с полным кубком в руках. – Я присоединюсь! За моего брата! За Этельстана!

– И за Габриэля! – возмутился Этельстан.

– Тогда уже пейте и за Джеймса, – развеселилась мисс Амелия.

– И в самом деле, – улыбнулся мистер Мирт. – Что это мы?

Кубки соприкоснулись с серебряным звоном.

Мисс Амелия, понаблюдав за братьями еще некоторое время, тихонько вышла и проследовала к выходу.

Ее не окликнули ни Ортанс с Цзиянем, сидящие рядом с МакНабом и красивой незнакомой фаэ, ни Диан Кехт, что-то поясняющий своим подмастерьям и то и дело указывающий на Цзияня.

Но стоило ей выйти в сад и посмотреть на звезды – такие знакомые, такие нездешние, – как за спиной раздались тихие шаги.

– Дитя мое, отчего ты ушла? – спросила королева Идберга.

Мисс Амелия услышала в ее голосе заботу – такую же отстраненную, как и звезды в вышине. В серебряных глазах она видела что-то глубокое и отдаленное. И звезды – все те же звезды.

Она улыбнулась:

– Вы знаете, ваше величество… Я простая смертная девушка. И я представить себе не могла, что окажусь в самом сердце легенды. Я была на Абаллахе и видела Владычицу Озера. И даже яблоню. Теперь она будет цвести, я знаю…

– Ты необычная девушка, дитя мое. Я рада, что Габриэль выбрал именно тебя. Вы звучите в унисон.

– Звучим? – непонимающе переспросила мисс Амелия.

– Ваши сердца создают одни вибрации. И отзываются в мире. Вместе вы творите будущее. И я с удовольствием однажды покину Холмы, чтобы увидеть, каким вы сделаете этот мир.

– Для меня не будет награды выше, – ответила мисс Амелия и ни капли не покривила душой.

* * *

Наутро провожать их вышел, кажется, весь Двор.

Мисс Амелия, переодевшись снова в штаны и летную куртку, командовала Ортансом и Цзиянем, и даже мистер Уотерс встал к печи, готовясь подбрасывать уголь по мере необходимости.

Поуп взлетел на борт, занося целую корзину еды, без которой Этельстан просто отказался их отпускать.