Не ожидав каких-либо срочных сообщений от самого успешного их «проекта», который с каждым днем становился все важнее и перспективней, старейшина, заволновавшись впервые за много лет, моментально вскрыл конверт от Зигфрида и принялся читать зашифрованное послание.

«Желаю долгого здравия многоуважаемому старейшине Бергеру, и заранее прошу прощения за то, что отвлекаю от важных дел, но не сообщить о своем решении не могу, а потому прошу простить.

Времени у меня немного, посему, буду краток и методичен.

Во-первых, хочу сообщить вам, что считаю свое задание частично проваленным, по причине излишне привлеченного к своей персоне внимания. Это безусловно моя ошибка и я в ней сознаюсь и готов нести наказание.

Во-вторых, набравшись наглости, смею заметить, что более не считаю свою жизнь хоть сколько бы то ни было защищенной со стороны организации. Все приставленные к академии агенты, никчемные и явно слабые маги, неспособные противостоять даже мне, не говоря уже о тех, кто с высокой степенью вероятности, вскоре придет лишать меня жизни.

Да я убежден в моей скорой ликвидации, как человека угрожающего будущим планам и амбициям великого множества людей элитарного круга Облачной империи. И, учитывая свою брошенность биться с ними всеми в одиночку, считаю правильным самому решить данную проблему.

Я ухожу служить в специальный корпус войск, под покровительством князя Стронга, от всех следящих за мной людей с вашей стороны, я благополучно ушел, что к слову доказывает правоту вышеописанных мною доводов. Полагаю, как минимум два года я не смогу с вами контактировать, все остальные подробности моего отъезда узнать не составит труда, они не столь секретны.

Желаю всего самого лучшего. Успехов, Счастья и побольше способных людей в подчинении».

Прочитав письмо, Бергер еще какое-то время просто смотрел на него нахмурившись, а затем, отложив в сторону, встал из-за своего письменного стола, и подошел к широкому окну.

— Маленький дерзкий трус, слабак не ценящий заботу, омерзительно, — процедил он сквозь сжатые зубы.

На самом деле все-то о чем писал Зигфрид, для старейшины было вполне очевидно, и он также понимал, что если парня захотят устранить, то при подобных обстоятельствах организация мало чем сможет помочь. Вот только Бергер и многие другие старейшины считали такой риск оправданным, ведь если мальчику повезет, и он выживет, выгода для общества «Восход» будет колоссальной. А теперь, когда Зигфрид решил себя обезопасить, они не только откинуты в своих планах почти на два, а может и больше, года, но и сам юноша остается без присмотра на столь длительное время, просто выходя из зоны их влияния. Естественно подобное было недопустимо и Бергер решил во что бы то ни стало помешать юнцу, вот только он сам сильно сомневался что сможет.