«Враги идут, нужно бежать! — нахмурился он, и сконцентрировался на своей душе, которая не подведя хозяина вновь взорвалась светом, и сила наполнила его тело, — была не была, — отбросив страх подумал Зигфрид, и немного присев, рванул к окну… точнее хотел рвануть, но получилось так, что прыгнув, он просто выбил головой окно и улетел в ночную даль, попутно наслаждаясь звездным небом и свежим воздухом».

Где-то на полпути из заточения к свободе, перелетая забор и осветительные столбы, Зигфрид понял, что одет он очень странно, особенно в нижней своей половине.

' А ведь можно было одеяло прихватить, — грустно вздохнул юноша, чья сила угасла, а траектория падения вела на ствол дерева, — ну хоть не елка'.

Грохот!

«Как же больно, да чего я не сдохну то никак, а?».

Довольно быстро оправившись от падения, и кое-как отчистив себя от листвы и грязи, Зигфрид, поблагодарив высшие силы за то, что сейчас не зима, хотел было двинуться в путь, но застыл на месте поняв одну очень важную вещь.

«А чего у меня такое тело-то маленькое? Это ведь непросто дистрофия, оно реально меньше прежнего, что за… — пытаясь себя осмотреть как можно лучше, парень с удивлением обнаружил, что судя по всему ему сейчас лет двенадцать, плюс минус год, и более того, он не переместился в другое тело, это его собственный организм, — моя память не может меня подвести, это точно мое тело, все приметы совпадают. Костяной бугорок на затылке есть, немного скошенные в сторону пальцы на левой руке присутствуют, родинки одна к одной, да что здесь творится? Можно было предположить путешествие во времени, вот только эти стоэтажные здания на горизонте и гигантская металлическая птица в небе, говорит обратное. Ничего не понимаю. Ладно, сначала нужно раздобыть одежду, а там посмотрим, — кивнул Зигфрид сам себе, в то время как позади него что-то вспыхнуло, и мягкая ладонь легла на его плечо».

— Попался, — нежно шепнули ему на ухо.

Резко обернувшись и приготовившись принять удар, юноша все же был захвачен врасплох, ибо чего-чего, а такого он не ожидал.

— Ты мой маленький иди к маме, — крепко обняла его очаровательная женщина в светлом вечернем платье, — и зачем ты сбежал из палаты? Знаешь, как мама волновалась? — все крепче сдавливала в своих объятьях сына, молодая мать, чью красоту не могла скрыть даже ночь.

Акцент женщины был незнаком Зигфриду, но он все же понимал ее речь, но вот сам рта открывать не спешил, незнакомка перед ним была непомерна сильна, да еще и возможно владела телепортацией, злить ее было непозволительной роскошью.