Как только он повернулся к ним спиной, справа от Роана бесшумно поднялся Джастин, в его руке тускло блеснуло лезвие ножа. Режиссер не успел опомниться, как раздался чавкающий звук, человек осел на землю, а Джастин снова медленно двинулся вперед.

Фиарэйн обернулся к Салливану, повелительным жестом прижал палец к его губам, приказывая молчать, что бы ни случилось, и тоже растворился в ночи. Роан остался наедине с покойником, чьи открытые глаза неподвижно смотрели в темное небо, а из перерезанного горла медленно вытекала густая кровь.

Поминутно сглатывая, режиссер подполз поближе, собрал оружие дозорного, а потом снова укрылся в камышовых зарослях. Он напрягал слух до тех пор, пока не услышал два похожих на щелчки выстрела. После этого распахнулась замаскированная под склон холма дверь, послышались тихие отрывистые команды, и бойцы охраны блокпоста мгновенно рассыпались по берегу.

Когда один из них занял позицию совсем близко от Роана, тот запаниковал. Стараясь не издать ни звука, он нащупал на бедре пистолет с глушителем, вытянул руку в ту сторону, откуда доносилось тяжелое дыхание, и несколько раз нажал на спуск. После этого Роан скукожился в своем укрытии, ожидая нападения или ответного выстрела, но ничего не произошло. Дыхания рядом больше не было слышно.

Немного осмелев, он попытался приподняться, и тут из темноты на него кто-то навалился. Несколько мгновений Роан отчаянно сопротивлялся, пока не сообразил, что придавившее его тяжелое тело абсолютно неподвижно. А вдруг это кто-то из своих?! Роан принюхался и облегченно обмяк: от этого человека пахло кровью, потом и дешевыми сигаретами.

Едва сдерживая отвращение, он попытался высвободиться, и тут покойник внезапно пошевелился. С испуганным криком Салливан резко отпрянул в сторону.

— Тише, друг Роан, а то всю рыбу распугаешь! — Рэйн наклонился к нему, без особых усилий передвинул мертвое тело и свободной рукой указал куда-то в темноту. — Бери вон того, здесь нужно прибраться.

Когда погибших охранников перенесли в помещение блокпоста, капитан с архивариусом быстро собрали свои метательные ножи и снова растворились в ночи. Они обошли всю возвышенность, обстукивая камни до тех пор, пока не определили нужное место, и только потом позволили себе передышку.

Роан находился рядом с этими людьми уже достаточно долго и все равно не смог в полной мере оценить их решимость. То, что сейчас происходило, больше не было увлекательным приключением или игрой на грани фола. Это была суровая правда жизни, как любил говорить один его старый знакомый. Зачерненные лица Джастина и Рэйна не выражали никаких эмоций, и Салливан мог только догадываться, что они сейчас чувствуют.