Ник изо всех сил старался не выдать охватившей его паники. Сердце скакало, как испуганный кролик, но мозг работал четко, просчитывая и отбрасывая различные варианты. Ник знал, что машина уничтожения уже запущена, и Этьен ни за что ее не остановит. Его отец никогда не менял принятых решений. Новые друзья попросили адвоката по возможности не вмешиваться в ход событий, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, но плевать он хотел на осторожность, когда его любимой угрожает опасность! Хотя по всему выходило, что надежды уже нет, он колебался слишком долго…

Не чувствуя под собой ног, Ник поднялся из-за стола.

— Знаешь, ты прав, я сегодня неважно себя чувствую. Давай перенесем наш разговор на более подходящее время.

— Надеюсь, ты не подсел на эту новомодную дрянь, которой обкуривается твой братец? — Де-Ар подозрительно уставился на побледневшего наследника.

— Ты же знаешь, что не подсел, это просто легкая лихорадка. Спасибо, что заглянул…

Ник поставил на край стола стакан с подтаявшими кубиками льда и вышел из комнаты. Он свернул направо в узкий темный коридор, в конце которого была дверь в закусочную, нырнул в переполненный, задымленный зал и мгновенно смешался с толпой посетителей. Убедившись, что никто из отцовских подручных не успел увязаться за ним следом, Холдер выскочил на улицу и бегом бросился к ближайшему терминалу подземки.

Из семи стандартных суток полета Себастьян проспал добрую половину и все равно не чувствовал себя отдохнувшим. Из-за множества накопившихся на Кали проблем он был вымотан до предела. Принадлежащий Фонду корабль слишком долго ожидал своей очереди на швартовку к космическому терминалу Абсалона, и Себастьян в десятый раз сверился с бортовым хронометром. Ему очень хотелось связаться со своим управляющим, чтобы узнать, как дела, но он подавил нетерпение из соображений безопасности.

Себастьян повернулся, чтобы взять дорожный саквояж, но едва он набросил ремень на плечо, как по всему кораблю раздались тревожные звуки аварийной сирены. В дверь его каюты стремительно ворвался Ксан, за ним влетела Анна, а потом корабль содрогнулся всем корпусом. Дальняя стена каюты внезапно вспучилась и расплавилась, а из образовавшегося гигантского отверстия на них стремительно надвинулся слепящий огненный вал. Последним, что Себастьян успел почувствовать перед неизбежной гибелью, были чьи-то крепко обхватившие его руки…

В следующее мгновение он тяжело рухнул в воду, которая накрыла его с головой. От шока и полнейшей дезориентации Себастьян не мог даже пошевелиться, но тут кто-то приподнял его над поверхностью и бесцеремонно встряхнул.