— Вы были абсолютно правы, ваша милость, — обычно молчаливый профессор Биллер сегодня ерзал на стуле от возбуждения, — на первый взгляд эти генные карты не имеют ничего общего, но, если их обладателей скрестить, открывается поле широчайших возможностей!

— Эдмон, вам не кажется, что подобное определение не совсем подходит…

— Нет-нет, напротив, это именно то, что требуется! В сочетании они могут дать потомство, обладающее совершенно уникальными способностями. Анри Лангвад был действительно выдающимся генетиком, он сумел заглянуть на многие поколения вперед и создать образец…

— Профессор, вы не забыли, что я тоже здесь? — Себастьян потянулся через стол и выхватил у Биллера обе пластиковые распечатки. — Во-первых, я вам не «образец», во-вторых, выбросьте из головы все ваши идеи по скрещиванию, а в-третьих, мы еще можем запросто испариться при взрыве.

— Не говорите так, мой мальчик! — Биллер испуганно замахал на Себастьяна руками. — Обладая подобным набором генов, вы просто не имеете права погибнуть. Более того, вы наша единственная надежда на будущее. Основы этой Империи закладывались на крови, причем строго определенной, и Анри Лангвад сумел проследить некую закономерность. У вас достаточно знаний в этой области, Себастьян, чтобы понять его гениальный замысел и увидеть перспективы…

— Вы слишком увлеклись своими исследованиями и упустили самое главное, профессор: я ни при каких обстоятельствах не собираюсь скрещиваться с Оливией Данли!

Видя, что страсти накаляются, адмирал поспешил вмешаться.

— Эдмон, я думаю, что сейчас не время обсуждать проблемы воспроизводства. Составьте для нас краткую справку на доступном языке и, пожалуйста, не упоминайте о скрещивании в присутствии мастера Данли. К слову, о наследственности. Вам удалось составить генную карту Люциана Кингсли?

— Представьте, да! Только действующий Император никакой не Кингсли, даже не дальний родственник, — Биллер полез в карман, торжественно выложил на стол диск небольшого проектора и надавил на него пальцем.

Над поверхностью стола появилось объемное изображение мужской головы, которое медленно вращалось, позволяя всем присутствующим рассмотреть мелкие черты лица, вьющиеся светлые волосы, немного оттопыренные уши…

— Это и есть виновник наших проблем? — при виде фаворита Кэтрин Кингсли адмирал испытал некоторое разочарование. — Кто-нибудь видел его во дворце?

— Э-э-э, я однажды видел, — виновато пожал плечами советник Таллент. — Если не ошибаюсь, его зовут Сайрус Корк, он занимался в новом Палатиуме хозяйственными вопросами. С ним еще была связана какая-то темная история…