— Бьюсь об заклад, он внезапно и бесследно исчез. Сделать кастеляна отцом наследника — шаг странный и довольно бессмысленный. Хотя есть одна причина, по которой Кэтрин могла решиться на подобное. Этот человек тоже из чужаков?

— Вы, как всегда, смотрите в корень, ваша милость, — профессор Биллер накрыл проектор ладонью, и голограмма исчезла, — он прибыл на Абсалон вместе с будущей Императрицей.

К несчастью, Филипп совсем не чувствовал себя польщенным. Он отдал бы все на свете, чтобы никогда не слышать о Сайрусе Корке. Наверное, эта мысль невольно отразилось на его лице, потому что во взгляде майора Кроу неожиданно промелькнуло сочувствие.

— Поверьте, сэр, в этом вы не одиноки. Такие фальшивые императоры существуют во всех мирах и временах. Их терпят ради сохранения мифического величия или видимого благополучия. Что же касается всего остального, то вам хорошо известно, что король царствует, но не управляет. Кстати, ваш Император дивно похож на своего родного папашу.

Присутствующие согласно закивали, а адмирал отвернулся, чтобы скрыть невольную ухмылку. По его мнению, майор больше других подходил Анне в качестве супруга. Он был хорош собой, умен, имел неукротимый нрав и относился к девушке с нескрываемой нежностью. Но Филиппу почему-то казалось, что у Анны и майора большая разница в возрасте, а в его поведении было больше заботы, чем страсти.

Настало время решать, примут ли хозяева предложенный гостями план, который больше походил на заведомо невыполнимую, самоубийственную авантюру. Вопрос был поставлен на голосование, и его результаты неприятно удивили адмирала. Против оказались только он и профессор Биллер, которому было жаль терять ценный генетический материал. Остальные, видимо, свято верили в чудеса.

Вот уже несколько дней Анна была не просто молчалива, а накрепко закрыта от окружающего мира. Все это время за нее говорил брат Александр, который и сам не произнес ни одного лишнего слова. Филипп уже начал всерьез опасаться за ее здоровье, но ему объяснили, что Анна просто экономит силы перед предстоящим испытанием.

Так называемый «план» заключался в том, что в ближайшие двадцать часов им всем предстояло покинуть Северное крыло. Всем, кроме брата и сестры Корвел, Себастьяна Лангвада и Оливии Данли. Мастер Данли до сих пор не вполне осознавала, что ей предстоит пережить, но была так увлечена белокурым красавцем Александром, что почти не задавала вопросов.

Оливия и Себастьян откровенно недолюбливали друг друга, и на фоне их взаимной неприязни идея Биллера о скрещивании казалась, по меньшей мере, бредовой. Данли не присутствовала на совещаниях, потому что Себастьян категорически отказывался сидеть с ней за одним столом.