Дюваль одарила пилота подозрительным взглядом.

— Из чего я делаю вывод, что так было не всегда.

— Только под давлением обстоятельств, Пэм. Ты прекрасно разбираешься в людях, и сама меня к ним подтолкнула, за что я тебе бесконечно благодарен.

Взгляд Памелы невольно смягчился, потому что Хантер теперь выглядел не просто хорошо, а великолепно. Новенький темно-синий комбинезон с золотой эмблемой дома Мортимер сидел на нем, как влитой, волосы были аккуратно подстрижены, подбородок чисто выбрит. К Блейку вернулась прежняя гордая осанка, из-за чего он стал казаться выше ростом, его мужская красота расцвела и набрала силу. Можно было с уверенностью сказать, что улетел он отсюда одним человеком, а вернулся совершенно другим.

Рядом с этим новым Хантером Памела вдруг почувствовала себя замарашкой и украдкой одернула поношенный рабочий комбинезон. Она давно привыкла к подчеркнутому аскетизму местного уклада, но порой, глядя на ярких, нарядных гостей, ей хотелось хоть ненадолго стать похожей на них…

Подавив неуместный приступ романтизма, диспетчер Дюваль вернулась к насущным проблемам.

— Я рада, что для тебя все сложилось удачно, Хантер, но мне хотелось бы понять, что делать дальше с нашими гостями.

— Ничего не надо делать. Просто продайте им все, что они захотят купить, и отпустите с миром.

С верхней части погрузочного пандуса Памела задумчиво наблюдала трогательную сцену. На выступающем крае аппарели сидел Николас Холдер. Человек, который только что хладнокровно расправился с опасным убийцей, держал в объятиях темноволосую красавицу и покрывал нежными поцелуями ее заплаканное лицо, а двое его товарищей держали над влюбленной парой непромокаемую накидку. Такая разновидность мужских особей на Мароне определенно не водилась…

— Ты уверен, что этот человек действительно был адвокатом?

— Конечно, Пэм, одним из лучших в Форке. Как ты можешь в этом сомневаться, если его сопровождает сам смотритель Имперских тюрем?

— А, кстати, зачем он здесь? — снова забеспокоилась диспетчер. — Их официальные лица давным-давно подписали соответствующую конвенцию…

— Да ладно тебе, Пэм, Рауль Данфи просто путешествует. Имеет право человек немного отдохнуть от своей ужасной работы?

— Тоже мне работа — набивать тюрьмы преступным сбродом! Не понимаю, зачем они вообще нужны… — проворчала Памела и глубже надвинула на голову капюшон синей штормовки. — Все, ребята, мы здесь закончили, можете переносить тело.

Четверо молодых техников принялись укладывать покойника в пластиковый мешок, а дежурная бригада начала обрабатывать специальным обеззараживающим составом нутро грузового трюма.