— Граждане пассажиры, просьба занять свои места, принять горизонтальное положение и пристегнуть ремни. Отстыковка через три, две, одну…

Корабль дернуло, на экране, имитирующем иллюминатор, загорелись звезды и показался уходящий в сторону корпус громадины «Дезерета». Мощным толчком дали знать о себе включенные двигатели и каботажник рванул сквозь пространство, пользуясь наработками яррского кораблестроения в рамках переоборудования внутрисистемных судов на реакторы типа «Солнышко» и двигатели, основанные на технологиях старой Терры.

— Чай, кофе? Птица, рыба — кто желает? — снова промчался по вагону проводник, когда гравитация пришла в норму.

Пассажиры тут же загомонили. Зашелестела фольга, запахло курятиной, яйцами, овощами, алкоголем. Кто-то тут же принялся хвалить господина Кесарева с Таматархи, другие стали спорить. Заплакал ребенок — откуда ребенок на каботажнике до Горячей Штучки? Виньярд вытянул из бокового кармана штанов-карго плоскую фляжку с муншайном, из другого кармана — микронаушники. Спирит-рок с Атенрай и забористое пойло должны были помочь ему пережить эти четырнадцать часов с минимальными потерями.

Сью только прикрыл глаза, как ощутимый тычок в плечо заставил его подскочить и садануться головой о потолок. Потирая ушибленное место, он пытался понять, чего от него хочет краснорожий небритый мужик в невозможной майке в полосочку.

— Ну что, ты как насчет тысячу расписать? — прохрипел в самое лицо Виньярда попутчик.

— Э-э-э… Я не по этой теме, извините… — ответил парень, мучительно пытаясь понять, что такое «расписать тысячу», и где еще он видел такие совершенно полосатые черно-белые майки.

* * *

«Rose Tattoo», «Татуировка розы», «Татуха», «Розочка» — этот уникальный в своем роде рейдер замер безжизненной глыбой с пустыми резервуарами для топлива. Корабль ни разу не напоминал научно-исследовательское судно, скорее — штурмовой фрегат прорыва, судьба которого — проламывать орбитальную оборону, принимать на себя огонь артиллерии, быть живым тараном атакующего ордера… Мощная композитная броня с подпалинами и шрамами, приземистый эллипсоидный корпус, дюзы, покрытые окалиной, скрытые до поры в гнездах турели с лазерными спарками, ракетные шахты… И рисунок красной розы на борту, конечно.

— Есть кто-нибудь? Эу? — Сью нерешительно постучал по крепкой и надежной на вид металлопластовой опоре.

Послышались жуткие скрежещущие звуки и раздался голос из царящего в ангаре полумрака:

— По голове себе постучи!

— Э-э-э… Извините, меня зовут Сью Виньярд, и я ищу кого-то из команды этого корабля…

Скрежещущий звук повторился и голос прозвучал громче:

— Точно — этого корабля? Не «Сладкой Булочки», не «Стервятника», не…

— Нет, мне нужен именно этот корабль. У меня наводка для…

— Тш-ш-ш-ш! — наконец из-под брюха «Розочки» в районе дюз появилась каталка на колесиках с лежащим на ней человеком.

Стриженный под полубокс мужчина в черной футболке с ярко-зеленым принтом прыжком встал на ноги и оказался лицом к лицу с Виньярдом. Они были одного роста, а мощные, перемазанные чем-то маслянистым руки мужчины с туго перемотанными запястьями были раза в два толще верхних конечностей парня.

— Так ты тот самый Виньярд? А разве Сью — это не женское имя? — не дождавшись ответа, мужчина протянул руку: — Джеффри Эрна, бортмеханик. Про наводки на Горячей Штучке говорят шепотом и в самое ушко. За хорошую наводку здесь можно получить кучу денег или нож в почку — как повезет. Поэтому — давай, я открою грузовой отсек, кинешь свое барахло и мы пойдем в «Блэкаут», там наши пытаются уговорить Кейси наливать им пиво в долг…

Более либерального оружейного законодательства, чем на Буферах Горячей Штучки в цивилизованных мирах вряд ли можно было найти. Помня уроки Причиндалов, сталкеры таскали на себе целые арсеналы — здесь запросто можно было встретить человека с ручным бластером, «Буром» или стрелковым комплексом за плечами. Изредка попадались уникумы, в основном — из модификантов, которые имели при себе плазмометы и ракетницы. Такой вот сталкерский шик.

Сью со своими револьверами под плащом смотрелся бледно. Зато — на входе в «Блэкаут» его даже не обыскивали, хотя всё более габаритное смертоносное железо было принято оставлять в кодовых магнитных зацепах — под присмотром закованных в бронескафы охранников.

— Эрна, ты принес деньги? Кто будет платить за выпивку? — один из секьюрити грозно сдвинул брови.

— Когда это мы не платили за выпивку, Джейсон? — состроил невинное лицо Джеффри. — Ты же нас знаешь!

— Вообще-то — последние две недели вы на мели, а?

— Теперь всё измениться! — заверил бортмеханик «Розочки» и открыл двери в бар.

Наружу вырвался хмельной угар, звуки тяжелой музыки и хриплый баритон солиста какой-то кавер-группы, дававшей жару на сцене. Сью всем телом ощутил бьющую ключом энергию заведения, и шагнул следом за своим провожатым.

— Парень, не связывайся с «Rose Tattoo», они — настоящие придурки, — заявил второй охранник.

— Это нормально, — кивнул Виньярд. — Где я могу за них расплатиться?

Охранники переглянулись:

— У тебя вроде умное лицо. Никогда бы не подумал что ты обычный болван… Подойди к Кену Кейси, он орудует за стойкой. Только учти — там кредитов двести, не меньше!

— Нормально, — снова повторил Сью, хотя ему сложно было представить объемы цистерны, которую нужно было выхлебать, чтобы накапала такая сумма.

Но — отношения следовало налаживать. И самый лучший способ — это проставиться, так что…

— Эй, бармен! Угощаю всех достойных сталкеров в этом заведении! Всем пива! — крикнул он, шагая внутрь. И не смог удержаться: — My name is Sew! How do you do? Now we gonna drink!

— Е-е-е-е-е-е!!! — их рык был подобен грому.

* * *

Они просадили пятьсот кредитов, считая двести, которые команда разбитных сталкеров была должна заведению. К доку 420 добирались, придерживая друг друга и волоча на себе специалиста по информационным технологиям по фамилии Линч, парня весьма потасканного вида, с огромными мешками под глазами и копной кудрявых серых волос. Он влил в себя, наверное, литра четыре пива и ни разу не отлучился в туалет — и это была просто фантастика. На корабле его закрутили в одеяло и кинули на койку. Эрна сказал:

— Он всё равно нассыт, лучше выкидывать одеяло, чем матрас.

Бортмеханик и остальная команда тоже расположились в кубрике и потихоньку захрапели. Виньярд, опершись на стену плечом наблюдал за капитаном, который склонился над монитором. Система пиликнула и экран загорелся зеленым, оповещая — что-то где-то в порядке. Эл Барр провел рукой по коротко, почти под «ноль» стриженной голове, выпятил массивную челюсть и сказал:

— Пойдем, побеседуем?

У капитана Барра была своя суперспособность — он никогда не пьянел. А еще…

— На меня не действует алкоголь, никотин, большинство известных наркотиков и ядов. Вот такой фокус… У меня отец — гэл, мама — из альтрайтов. Страшный генетический коктейль! — сказал он. — Это я к чему? Я заметил твои фокусы тоже. У тебя что-то с вестибуляркой, да? Ты разве что не жонглировал бокалами, когда Бреннан смахнул поднос со стойки! Ты полон сюрпризов, Сью?

— Я полон сюрпризов, мистер Барр. Помимо наводки я готов залить баки не только вам, но и вашему кораблю тоже…

— Что, так сильно приперло? Я понял — тебе нужен мощный управляющий комп, но переться ради этого на Дюплесси… Если ты такой золотой мальчик и из задницы у тебя вместо дерьма вылетают кредиты — просто купи чертов комп!

— Не настолько богатенький, ладно? У меня, пожалуй, хватит на кое-что из снаряжения, а потом придется ждать еще полгода, прежде чем появятся деньги на следующий этап… Если мы не раздобудем что-нибудь на Дюплесси. Что-то, помимо начинки бункера.

— Та-а-ак… Серверная — хороший куш. Но судя по всему, ты нацелился на нечто гора-а-аздо большее, — капитан прочистил горло, кряхтя, и почесал щетинистый подбородок. — Может быть, заключим сразу долговременный контракт?

Подбородок и вправду был монументальный, да и вообще — вся его замечательная башка напоминала скульптуры стиля «соцреализм», насаждаемого в ряде государств 20-го века на старой Терре.

— Кэп, у вас всё настолько плохо?

Эл Барр, наконец, открыл дверь в грузовой отсек, достал откуда-то два раскладных стула, щелкнул кнопкой подогрева воды и спросил:

— Ты будешь чай? Правда, остался один пакетик, но…

— Это нормально, — ответил Сью.

Вопрос о том, насколько все плохо снялся сам собой: один пакетик, серьезно? Это были именно те люди, которые нуждались в нем. А он нуждался в них. Чай, кстати, был полное дерьмо — нечто среднее между сеном и половой тряпкой, но после дикого количества выпитого пива, даже такой напиток казался божественным нектаром.

— Вот координаты, — Виньярд протянул Барру планшет. — Вы ведь бывали на Дюплесси раньше? Что нам предстоит?

— Проклятье! — сказал капитан, рассмотрев цифры. — Нам предстоит встречный бой с применением тяжелого вооружения, неизбежными потерями и сомнительным исходом. Это будет долбанная Великая битва за Ярр в реалиях Дюплесси, и дай нам Бог оказаться в роли монархистов…

Сью Виньярд некоторое время понаблюдал, как Эл Барр попивает дерьмовый чай из кружки, пялится в потолок и молча двигает губами, что-то подсчитывая.

— Если вложить тысяч семь, то мы сможем заглянуть еще в пару мест и набрать хабара на все тридцать… — проговорил сталкер.