— Мое дело предупредить, — развел руками продавец.

Виньярд всё это время изображал статую. А в голове крутилось эта фамилия — Мёбиус. Что-то такое он то ли слышал краем уха, то ли читал краем глаза…

— Здесь, судя по карте, можно воспользоваться монорельсом, — сказал он, просматривая всплывающие на стеклах очков окна дополненной реальности.

— У них общественный транспорт работает? — удивился Иштван.

— Ну да. Смонтировали монорельс прямо в открытом космосе, по обшивке проложили. Какие-то модульные шлюзы и всё такое… Ты же видел, станция эта — что-то типа пористого блинчика диаметром километров десять…

— Четырнадцать, — поправил занудный ликан.

— Тем более. Вопрос с транспортом нужно было как-то решать. Его и решили — угадай, кто?

— Мёбиус?

— Именно. За вход в вагончик — кредит. На любое расстояние. Хоть весь день катайся! Проедем?

Иштван задумался. Вообще-то носферату предпочитали породистых скакунов, или дорогие спорткары — черного цвета, конечно же. Но ни того, ни другого не было. А длительное пешее путешествие по галереям и отсекам станции грозило десятками стычек с местными жителями.

— Едем.

Разведчики прошли к небольшому вестибюлю, в котором скопились ожидающие транспорт пассажиры. Пахло застарелым потом, машинным маслом, дешевыми духами и косметикой. Тип с зелеными встопорщенными волосами мотал головой в такт слышимой ему одному музыке. Амплитуда колебаний была такой значительной, что возникали опасения за целостность его шеи. Кто-то увлеченно харкал в угол, две разбитные, татуированные с ног до головы барышни размахивали руками и экспрессивно обсуждали что-то на нуэво-латино. Мужики, похожие на работяг — в оранжевых касках и респираторах — хмуро переминались с ноги на ногу и перебрасывались односложными фразами.

Наконец, мелодичная трель возвестила о том, что транспорт прибыл. Толкаясь и галдя, народ ринулся внутрь. Дождавшись, пока войдет последний, покинули вестибюль и Виньярд с Чонгором. Зеркальные стекла очков давали возможность оглядеться и Сью ей воспользовался, беззастенчиво рассматривая людей и окружающую обстановку.

Всё это напоминало ему метро из старых фильмов про Нью-Йорк или Париж. Удивительное разнообразие персонажей, загаженный вагон, исписанные матерными словами стены, подпалины на обшивке сидений. Всё это вдруг померкло в сравнении с открывшейся бездонной чернотой космоса и видом на двойные звезды. Прозрачные окна говорили о том, что, скорее всего, монорельсовая система в целом и вагончики в частности были демонтированы с какого-то обитаемого мира, и теперь, после незначительной модернизации, нашли новое место службы. Судя по толщине стекла, замкнутой системе очистки воздуха и мощной пласталевой обшивке корпуса — мирок тот был не из гостеприимных. Но тамошние виды, должно быть, завораживали!

— …ни одна скотина, слышишь? Ни одна скотина не выскажется против! — гнусавый голос мутанта-киборга врезался в самый мозг. — Если кто против — пусть предъявит!

Три карикатурно-пугающих персонажа расселись на целом ряду сидений. Гнусавый — носатый грузный тип с козлиной бородкой, кибернетическими протезами ног и горбатой спиной, скрытой под красной толстовкой, был здесь явным лидером. Его прихлебатели — чернокожий толстый зумбец с длинными дрэдами и курносый блондинистый модификант с мощными руками и вертикальными зрачками, носили похожую одежду, только предпочли обвязать толстовки вокруг бедер.

— Не могли бы вы вести себя чуть тише? — оторвалась от рабочего планшета коротко стриженная женщина в возрасте.

Судя по комбинезону, она была коммунальным работником, которых содержали на станции на деньги, полученные с отчислений за стыковку, ввоз и вывоз груза. Именно они обеспечивали бесперебойное функционирование систем водо- и воздухоснабжения, терморегуляции, освещения и прочих жизненно важных коммуникаций и механизмов.

— Э-э-э! — подкинулся мутант. — Сука старая, уткнись в свой экран и захлопни пасть!

Он навис над хрупкой тетенькой, которая прижала к груди планшет, как будто желая защитить его.

Между коммунальщицей и киборгом втиснулся невысокий полноватый парень:

— Полегче, полегче… Давайте просто успокоимся и будем ехать дальше?

Иштван втянул ноздрями воздух, чуя проблемы. Сью хладнокровно поправил перчатки — одну, потом вторую. Ситуация развивалась стремительно:

— Да ты успоко-ойся! — вдруг подскочил сбоку курносый, и мощным хуком отправил небезразличного парня на пол. Мутант тут же приложил кибернетической ногой тому в подбородок, потом в лицо — еще и ещё. Подключился и зумбец: он раз-раз — нанес несколько ударов поверженному противнику по ребрам невесть откуда взявшейся телескопической дубинкой.

Раздались испуганные и возмущенные возгласы, пассажиры отхлынули в другой конец вагона… Все, кроме Виньярда и Чонгора. Сью понадобилось что-то около тридцати секунд на принятие решения. Сомнения были в духе «в чужой монастырь со своим уставом…», но быстро прошли, когда он осознал, что трое беспредельщиков сейчас просто убьют единственного смелого и адекватного человека в вагоне.

— На тебе — парень, — бросил он Иштвану и — щёлк — сорвался с места.

Треск сломанного колена модификанта слился с утробным хрустом ребер чернокожего, который впечатался грудью в поручень. Киборг в красной толстовке неожиданно для себя оказался в руках страшного незнакомца в черном плаще, и уже летел головой вперед, не успевая среагировать, чтобы как-то предотвратить или смягчить удар о вентиль аварийного люка в задней стенке вагона.

В последнюю секунду Сью отпустил его, и кровь из разбитой башки брызнула в стороны, не запачкав одежды Виньярда. Мнимый носферату оскалился, и попытавшийся встать модификант мигом рухнул на пол, а его подельник с дрэдами еще и голову руками закрыл и заверещал что-то невнятное.

Вагонетка в этот момент затормозила, пристыковавшись к очередному шлюзу, двери зашипели и внутрь ворвались давешние знакомцы — те самые боевики Папы Джо. Их появление было почти чудесным — как они могли обогнать скоростной монорельсовый транспорт?

— Совсем охренели? — наклонился их лидер к курносому. — Монорельс — вотчина Мёбиуса, забыли? Все драки — снаружи! Могли бы топтать его в вестибюле! Папа Джо заплатит Гонзалесу компенсацию за трех таких кретинов как вы. Это будет дешевле чем ремонтировать после ваших выходок вагонетки!

— Вы-вы-вы-выкуп? — переспросил модификант, конечности которого уже фиксировали пластиковыми стяжками.

— Вы-вы-вы-вы, уроды, в биореактор отправляетесь, доигрались, — передразнил его боевик. — Того тоже пакуйте.

— А если он сдох? — произнес кто-то неуверенно.

— А какая разница? — пожал плечами вожак.

Он затормозил на мгновенье и обвел взглядом Иштвана, склонившегося над пострадавшим парнем, и глянул на Сью, который невозмутимо стягивал с кистей рук заляпанные кровью перчатки.

— Вы что, пожалели парня? — спросил человек Мёбиуса.

Виньярд слегка поднял край верхней губы, обнажая клык:

— Они помешали мне смотреть на звезды, — сказал он.

— А-а-а-а! Тогда понятно. Звезды это да… Они у нас ого-го!

Следом за боевиками в вестибюль высыпали все пассажиры, в том числе — женщина с планшетом. Она то и дело озиралась, но к своему избитому защитнику так и не подошла.

До ближайшей к «Ночным огням» станции они ехали в пустом вагоне — втроем. Сью смотрел на звезды, Иштван пытался привести парня в более-менее приемлемое состояние с помощью портативного инъектора. Перед тем, как выставить в шлюз залитого стимуляторами и обезболом героя, он сунул парню в ладонь кое-что наличными и тихо произнес в самое ухо:

— Сходи к медикам, болезный. Если будет совсем край — вали нахрен на Ярр, там такие как ты ой как нужны.

* * *

— Ты знаешь, что вполне мог убить его? Мутант ведь скорее всего подох до того, как его бросили в биореактор… — задумчиво проговорил Иштван.

— Это нормально, — только и сказал Виньярд.

«Щелчок» вообще гасил эмоции, не позволяя вырабатываться лишним гормонам и уменьшая амплитуду нервных колебаний. Да и разумом парень понимал — если не этот киборгизированный урод, то кто еще достоин смерти?

— Ты здорово соскочил с этими звездами, Сью. Держи себя в руках, когда прибудем во владения сатанистов. Там каждой твари по паре, всех не поубиваешь… И такого хорошего повода отбрехаться может не найтись. Заподозрят в человеколюбии — плакала наша миссия.

Отсек с клубами занимал огромную площадь, около одной десятой от всего Йол Кенари. Это было вполне объяснимо — здесь отдыхали те, кто не мог найти приют на поверхности планет, по разным причинам. Контрабандисты, пираты, наркоторговцы, изгнанники и отщепенцы, любители запретных удовольствий и вседозволенности слетались на станцию как мухи на… На что обычно слетаются мухи?

Ну и близость оживленных маршрутов давала о себе знать — прямо там, в темных альковах и будуарах увеселительных заведений зачастую заключались сделки на многие сотни миллионов кредитов. Сектор Чайниш мог дать сто очков форы Атлантику, и еще больше — рашенам по уровню коррупции, всевластия триад и корпораций, обилию весьма странных сообществ и отсталых планет. И потому — посетителей у станции хватало, а кредиты и женьминьби текли в карманы местных боссов полноводной рекой.

Сияющие неоном вывески, громкая музыка из каждой подворотни, люди в ярких нарядах и с причудливыми прическами — всё это указывало, что пункт назначения близко.