— Красавчик, пойдем с нами, потанцуем! — две премиленькие азиатки с розовыми заячьими ушками в аккуратных прическах и пушистыми хвостиками на затянутых латексом попках с двух сторон приобняли Иштвана.

— Эх, люблю я зайчат! — плотоядно облизнулся ликан. — Но не сегодня, девчата, не сегодня! У моего господина другие планы… Но — вот вам на сладости, побалуйте себя, а мне подскажите как дойти до «Ночных огней»… И не дуйте губки — мы туда по делу, а не с сабами развлекаться.

Увидев суммы, которые капнули им на счет, зайчишки мигом повеселели, их наманикюренные пальчики указали нужное направление. А потом они по очереди наградили наследника древнего жупанского рода долгими и далеко не целомудренными поцелуями — и скрылись в громыхающем басами нутре какого-то заведения.

— Деньгами соришь? — фыркнул Сью.

— Я ликан! Драки, женщины, жратва — это наша тема. Мы — зверье! Ладно… Я — нет. Но в целом — да. Мы разведчики или погулять вышли? Ты надменный жестокий сноб, я — похотливая кровожадная скотина. Не лишенная природного обаяния.

— Обоняния?

— И обоняния тоже, — согласился Иштван. — Вот же черт!

Мимо них проследовал роскошный паланкин — носилки, которые покоились на плечах восьми очень интересных носильщиков — четырех красавиц весьма фривольно одетых, и четырех красавцев с рельефными мускулами, которые перекатывались под кожей на их голых торсах. Из одежды на этих мужчинах мечты были только шелковые шаровары. Набедренные повязки, открытые босоножки на высоком каблуке, какие-то тряпочки и ниточки, которые язык не поворачивался назвать даже бюстгальтером, не оставляли никакого простора для фантазии глазеющих на носильщиц зевак.

Сью уже научился распознавать модификантов — над этими людьми явно поработали. Да и выражения их лиц были странными — как будто у человекоподобных роботов. Это и были пресловутые сабы с Ла-Вея. И Виньярду тут же захотелось убить того, или тех, которые находились внутри паланкина. Использовать носильщиков-людей вместо механизмов на станции, где нет проблем с технологиями — это была такой заоблачный уровень гедонизма и пижонства вкупе с манией величия, что презрительная гримаса сама собой застыла на лице парня.

— Нам сюда, господин, — игнорируя экстравагантную процессию, сделал широкий жест Иштван.

Размеренно шагая, Виньярд хорошо разглядел невысокую молодую женщину в лиловом платье и шляпке с вуалью, которая появилась из паланкина, шагая по спинам невольниц-сабов как по ступеням лестницы.

Два бледнокожих гиганта-охранника с длинными сальными волосами замерли у входа в клуб.

— Вы по пригласительным? — спросил один из них.

— Нет, мы за деньги, — ответил ликан. — С дороги!

— Там — терминал для оплаты, — указал один из гигантов большим пальцем себе за спину. — Оружие придется сдать.

— Нет, — сказал Виньярд и положил ладонь на эфес рапиры.

— Такие правила. Вы не пройдете внутрь с этой хреновиной на поясе, — охранники синхронно подобрались, демонстрируя готовность к схватке.

— Это ты хреновина, — влез Иштван. — А у моего господина — благородный клинок. Это деталь национального костюма, врубаешься?

Сзади послышался звук шагов и шелест платья.

— Давайте вы пропустите меня внутрь, а потом будете мериться членами, мальчики? — дама в лиловом держала в пальцах пригласительный.

И процокала каблуками к плотной портьере, которую слитными движениями раздвинули перед ней охранники. Два саба — мужчина и женщина, следовали за своей госпожой. Наконец, секьюрити вернулись на свои места.

— Послушайте… — Иштван старался быть корректным. — Мы прибыли издалека, с делом, которое точно заинтересует темных. По нашим сведениям — их можно найти именно здесь. Мы всё равно войдем внутрь, даже если…

— Я бы прислушался к его словам, ребята, — люди Мёбиуса снова были здесь, и их вожак вразвалочку подошел ко входу в клуб. — Поверь мне, Нетопырь — сегодня кое-кто уже не последовал моему совету, и страдает от этого. Тяжко страдает!

— Причард, не суйся не в свое… — начал Нетопырь, но тут же был прерван своим коллегой.

— Заткнись, Нетопырь. Мы всё поняли, мистер Причард. Мы пропустим этих людей, только сообщим кому следует…

— Людей? — усмехнулся главный боевик, которого назвали Причардом. — Ну-ну…

И действительно — через каких-то пару минут портьера перед Сью и Иштваном отдернулась, и они оказались в клубе «Ночные огни».

* * *

Глава 3 В которой имеющий право превращается в дрожащую тварь

Глава 3

В которой имеющий право превращается в дрожащую тварь

Факелы, барабанные ритмы, извивающиеся в отблесках пламени женские тела, начертанная на полу пентаграмма — всё это было как в плохом кино. Конечно же, у официанток имелись стилизованные рожки, на барной стойке полыхали жаровни, и цветовая гамма интерьера была выдержана в кричаще-красных и глянцево-черных тонах.

— Господин, взгляните! — Иштван остановился у самого входа и весь напружинился, готовый к бою.

Сью и бровью не повел, несмотря на то, что примерно четверть посетителей клуба носили либо красные толстовки, либо желтые банданы. То ли до них еще не дошли новости, то ли они пришли сюда исключительно отдыхать — но внимание разведчикам уделила только хостес — классическая женщина-вамп, кричаще-сексуальная, в коротком обтягивающем черном платье, красных туфлях на высоком каблуке и с неизменным планшетом в руках.

— Господа желают столик, ложу, будуар? Дополнительные услуги?

Она мигом вычислила, что танцпол странных посетителей вряд ли будет интересовать.

— Нам нужно встретиться с Розье, мисс, — шагнул вперед Иштван и откровенно осмотрел ее — с длинных стройных ног до выразительных глаз.

На секунду показалось, что хостес смутилась под взглядом светловолосого красавца, но — тут же взяла себя в руки.

— Вам назначено?

— Он точно не откажется нас принять, когда узнает, что мы привезли ему живой и невредимый подарочек с Атенрай. Так и передайте ему.

— Пройдемте за свободный столик, — поманила она их за собой. — Вы сможете насладиться шоу, и заказать что-нибудь из меню. Сегодня у нас отличные стейки из абелярского санглера.

— Пусть принесут два мяса с кровью и бутылочку Ле-нуво Божоле с Монпарнаса, — дождавшись кивка от Сью, проговорил Иштван.

Когда они разместились за столиком и хостес ушла, виляя бедрами, он задумчиво пробормотал:

— Если драки не избежать — я предпочитаю рвать глотки на полный желудок. Калории могут понадобиться, да, Виньярд?

— Не люблю с кровью, — процедил Сью.

— А что делать! Образ нужно поддерживать. Вон, смотри, ублюдки в красном зашевелились. Интересно, они осмелятся напасть на нас прямо здесь? Ты просто в порошок стер тех горилл из монорельса! Гонзалес и его люди — кто бы это ни был — такого простить не должны, как и лимонники. Иначе их сомнут — такие правила. У нас, на Ракоци, это именно так работало. Совершенно неважно что твои родичи кругом неправы — ты должен вырвать глотки обидчикам, чтобы остаться на плаву. О, ну что я говорил? Желтые тоже посматривают на нас… Главное, чтобы стейки принесли раньше, чем на нас накинутся все сразу.

— Меня тошнит уже от этого места… Это дно, Иштван. Настоящее дно. Как тут живут люди? Это неприемлемо… Взорвал бы всю станцию к чертовой матери, да вот такие ребята, как тот парень в монорельсе, меня останавливают. Почему он не свалит отсюда?

— Потому что это еще не настоящее дно. Здесь есть еда, вода, тепло, работа, понятные ориентиры. Кажется, настоящее дно будет на Кроули. Если я правильно понимаю, что там происходит… О, стейки!

Иштван косил глазом на скапливающихся у барной стойки «красных» и с рычанием пожирал мясо. Сью аккуратно разделывал свою порцию ножом и вилкой — образ, чтоб его. «Желтые» терлись у самой сцены, где бились в конвульсиях, которые по недоразумению считались танцем, полураздетые танцовщицы. Хостес — женщина видная во всех отношениях — медленно спустилась со второго этажа клуба по лестнице, но вместо того, чтобы двинуться к столику нежданных визитеров, подошла к людям Гонзалеса и просто кивнула, и то же самое проделала у сцены — для лимонников.

— Ну вот, сейчас нас будут убивать, — сказал ликан и быстро-быстро проглотил остаток стейка. — Карты на стол, Виньярд.

— Именно.

* * *

Розье привычно тряхнул головой, смахивая с лица пряди черных, как смоль, волос. Это было забавно — парочка экстравагантных визитеров, успевшая наделать шума на станции Йол Кенари, оказывается, имела своей целью беседу с ним лично. Любопытство они в темном пробудили, но слишком уж высокомерно держались. «Мешали смотреть на звезды», надо же! Да если бы парни Гонзалеса перебили хоть весь вагон — это было бы проблемой исключительно Мёбиуса. Тварь дрожащая, посмевшая вякнуть в сторону имеющих право получила по заслугам! С другой стороны — люди Мёбиуса тоже имели право — и реализовали его. Теперь следовало проверить, из какого теста слеплены эти двое ряженых.

Пафос, пафос: черный плащ, очки, рапира… Для того, чтобы так одеваться, нужно кое-что из себя представлять! Да и второй, светловолосый, вел себя весьма вызывающе — Табити он взглядом разве что не трахнул! Кого они из себя корчат?

Розье видел, что к столику ряженых первыми добрались лимонники. Они никогда не нравились темным, но периодически оставляли кучу кредитов в «Ночных огнях», просаживая их на наркоту, сабов и эксклюзивные шоу — а потом нещадно копировали идеи в своем квартале с дешевыми проститутками. Пф! Дилетанты. В клубе этих недосутенеров было человек пятнадцать, и они, готовясь к драке, вооружились подручными предметами: клинками, бутылками, стульями. Кто-то крутил в пальцах нож для колки льда, другой хотел использовать сценический реквизит танцовщиц из шоу — кожаную плеть.