После визита Волкова я засел в библиотеке университета и обнаружил, что подобная тенденция идёт примерно последние лет пятьдесят. Казалось бы, совсем небольшой срок, но за это время выросло несколько поколений, которые уже не видят в зачистке аномалий важную миссию.

Конечно, оставалось ещё много родов, которые не забывали, почему их предки проливали свою кровь, и их слово и честь не были для них пустым звуком, но в том числе с появлением большего количества одарённых эти понятия стали размываться. Вот и получаем мы в итоге, что среди нового поколения есть те, кто вообще считают, что появление монстров не их проблема, и для этого есть специальные службы, на которые и надо жаловаться, если они допустили трагическое развитие событий.

Такими темпами даже текущую практику при получении высшего образования окончательно упразднят. Тем более, наиболее сильные маги являются наследниками рода, а значит, могут получать домашнее образование, которое позволяет им этой участи избежать.

Мой старший брат как раз проходил через обучение за границей, но только из-за того, что у отца там были знакомые, которые могли его лучше натаскать на будущие дела рода. Да и в нашем роду просто не поняли бы, если бы я или он отказались от того, чтобы ходить в аномалию.

Вот только сколько таких боевых родов осталось в империи. Тех, кто и дальше продолжает совершенствоваться на пути убийства монстров аномалии, и постоянно ходит в туда, чтобы устранять эту угрозу?

Может, предложение Волкова и имело какой-то смысл, но в любом случае сразу соглашаться на подобное я не собирался и пусть это лучше решает отец. Нужно ли нам вообще подобное внимание со стороны других?

Мы и так, благодаря нашим предкам, заимели кучу враждебных родов, которые не будут атаковать нас напрямую, ведь они сами далеко не всегда имели нормальное боевое крыло, чтобы посостязаться с нашими воинами. Так что тут били по другим фронтам и в том числе в бизнесе.

И вот если я стану этаким лицом нового поколения боевых магов, то это может ещё сильнее испортить отношения с нашим родом. Многие могут воспринять подобное как вызов, а то и обвинение их в трусости. Тут много ума не надо и причина обидеться всегда найдётся.

Но опять же, я не знаю всей картины того, что происходит с моим родов и, возможно, отец посчитает всё как-то иначе.

Ну а пока ответа от главы рода нет и никуда мне двигаться не надо, чтобы исполнять его волю, то можно продолжить заниматься своими делами.

* * *

Помнится, я уже недавно говорил, что у моего рода есть несколько вполне таких кровных врагов. Предки очень постарались, чтобы поссорить наш род с теми, кто на тот момент не мог нам ничем открыто ответить, но видимо, они в этот момент больше думали о своей личной силе, а не о том, что наживают себе противников, которые могут отыграться на других поколениях рода.

Вот и сейчас, я смотрел на склад с пусть и не дорогостоящим, но всё же довольно хорошим оборудованием, которое должно было быть отправлено одной из наших боевых групп в аномалию на юге империи. Так как сам склад находился в пригороде столицы, то, разумеется, я как член рода Соколовых просто был обязан среагировать на подобное.

Можно было, конечно, всё оставить на контроль слуг рода, которые действительно могли самостоятельно разобраться с этой проблемой, но такие вещи лучше контролировать лично, чтобы ничего не упустить. Да и то, что один из членов рода лично участвует в этом происшествии, положительно сказывается на доверии к нам. Как оказалось, для многих это было очень важно, а я старался, чтобы люди, поверившие в нас, не разочаровались в том, что стали слугами рода.

Пусть выход из слуг был весьма сложным процессом, но куда лучше, когда тебя окружают люди, готовые не только поддержать, но и проявить разумную инициативу, чтобы всё исполнить в лучшем виде. Так всем будет лучше.

— Уже известно, что тут случилось? — обратился я к Светлане, к которой стекались все сведения о происшествии.

— По всем признакам, ничего, что могло вызвать пожар, здесь не было, да и сам склад, пусть и принадлежит нашему роду, но по большей части пустовал, — начала отвечать девушка, сверяясь с данными с планшета. Её рука так и летала по сенсорной поверхности, вычленяя новые крупицы информации. — Камеры зафиксировали как с той стороны, — указала она рукой вправо, — прилетел огненный шар, который влетел в помещение и, собственно, стал причиной пожара.

— Я так понимаю, оборудование не уцелело? — смотря на то, как уже заканчивают тушить последние очаги пожара, спросил я.

— Сомнительно, что что-то из этого ещё будет пригодно к работе, — покачала головой Светлана.

— Получается, это был целенаправленный поджог, — мрачно произнёс я. — Мы кому-то в последнее время переходили дорогу?

— Причиной мог стать как любой контракт, заключённый в последнее время, так и желание кого-то из ваших кровных врагов досадить вам, — пожала плечами девушка. — К сожалению, камеры не зафиксировали того, кто это сделал.

— Но и оставлять это без ответа я тоже не могу, — вздохнул я.

После этого я двинулся вперёд прямо к ещё дымящемуся зданию.

— Княжич, туда ещё нельзя, — попыталась остановить меня Светлана.

— Просто прикрой меня своими щитами, — попросил я её и продолжил своё движение.

Внутри уже поработала команда пожарных и определённый жар, конечно, чувствовался, но мне было вполне терпимо находится внутри. Надо было лично осмотреть произошедшее, и сейчас можно было сказать, что этот склад можно сносить — восстанавливать всё внутри будет слишком долго и проще построить на его месте новый. Жалко, конечно, оборудование, ведь, несмотря на определённый достаток рода, мы всё же не были такими богачами, чтобы всё это не ударило по бюджету. Особенно это жёстко, когда ты не можешь взять и вот так изъять средства из оборота, чтобы перекрыть сегодняшние потери.

Но всё это уже головная боль отца или моего брата, так как это входит в их зону ответственности. Я же мог помочь в несколько ином роде.

Раз это был поджог и тем более совершённый с помощью магии, то всё действие сопровождалось определёнными эмоциями. Да ещё и пожар даёт довольно много энергии, а значит, здесь, если мне повезёт, мог спонтанно образоваться слабый дух огня, который из-за того, что пожар уже потушен, будет, скорее всего, сильно ослаблен — ведь он потерял источник своей энергии для развития.

Шансы на это были не большие, но всё же они были. Так что попробовать стоило, и чем больше будет проходить времени с момента начала пожара, тем сложнее будет это сделать.

Я, конечно, вообще не был уверен в успехе, но не попытаться не мог.

Благодаря тому, что Светлана пошла за мной и прикрыла меня щитами, находиться внутри стало значительно легче. Ну а я с помощью трости стал рисовать прямо на полу ритуальные символы и схемы, которые могли бы помочь найти этого духа, если он, конечно, есть.

Иногда в работе шамана очень много предположений, но когда дух слабый или только зародившийся, работают даже относительно грубые методы, которые не требуют предварительной подготовки. Да и незачем строить громоздкий ритуальный круг, когда нет никаких гарантий — это бы стало просто большой потерей времени.

И вот наконец-то все символы нанесены прямо на покрытом копотью полу, и я влил в них духовную энергию, которая моментально стала резонировать с пространством. Сначала ничего не происходило, но вот сразу с нескольких сторон к нам устремились едва заметные язычки пламени.

Светлана, было, дернулась, чтобы увести меня, но я одним жестом остановил её. Благодаря тому, что я ей показал часть своих сил ранее, девушка теперь верила в мои действия чуть больше. Пусть она не понимала, как я это делал, но всё же я по-прежнему оставался её господином.

Тем временем язычки пламени соединились в пламенный сгусток, который вдруг поднялся над землёй и завис напротив моего лица. Это действительно был только появившийся дух огня, который себя даже полностью не осознал. Он был настолько слабый, что если бы пожар уже окончательно ликвидировали, то вряд ли бы продержался достаточно долго, чтобы окрепнуть и суметь перебрать куда-то ещё. Ему всё равно нужна была пища для своей жизни, а без источника огня это очень сложно, особенно в мире, где вокруг ходит столько магов, что распространяют ману, которая таким слабым духам неприятна.

Но сейчас я даже против его воли удерживал его рядом с собой. Влив в посох чуть больше духовной энергии, я настроился на духа, который не понимал, что происходит вокруг. Он был ещё недостаточно развитым, чтобы мыслить какими-то непонятными человеку категориями, но самое главное — я всё же смог из него вычленить — в этом духе остались эмоции злорадства и радости от того, что может натворить этот огонь. Он и сам хотел бы продолжить резвиться в помещении, да вот материалов для того чтобы продолжить гореть оставалось слишком мало.

Это было целью духа, тем, что он видел, как предназначение своего существования, а сейчас я удерживал его от того, чтобы попытаться продолжить своё занятие. Мне совсем не хотелось, чтобы пожар продолжался, так что движением руки и направленным потоком духовной энергии я сковал это существо в тисках своей воли.

Разумеется, ему подобное не понравилось, но и сил сопротивляться мне у этого слабого стихийного духа просто не было. Да и честно говоря, в данной ситуации его пламя было для меня даже лишним, и я ещё сильнее ослабил его, вычленяя эфемерную и едва ощутимую связь с создателем этого пламени.