Я заметила, что госпожа Ревейн явно чувствует себя неуютно, и толкнула Тейо локтем. Он смущенно уставился на меня. «Помоги эльфийке», — прошептала я.

Он кивнул и вышел вперед: «Давайте мы все соберемся около госпожи Ревейн».

Подошла госпожа Кайя, и госпожа Ревейн молча указала на то место, где должен встать мастер гильдии Орзовов. То же самое повторилось с Гекарой, мастером Зареком, госпожой Лавинией, мастером Лазавом, госпожой Аурелией, Борборигмосом, Главным Оратором Ваннифар, королевой Враской и госпожой Эммарой. Разумеется, было и некоторое недовольство (довольно глупое), и ощутимое всеобщее недоверие. Например, госпожа Лавиния и королева Враска чудом не поцапались, когда госпожа Ревейн поставила их рядом. Но госпожа Ревейн в конце концов решила высказаться: «Позвольте я проясню ситуацию: без абсолютного единства, добровольного со стороны каждой гильдии, план обречен на провал. Забудьте все дрязги — как незначительные, так и любые другие». Такая речь, требующая последовательного произнесения слов, очевидно была для эльфийки весьма изнуряющей, но дело свое она сделала. Вскоре представители гильдий образовали более-менее ровный круг вокруг госпожи Ревейн, костей и Сосуда Огненного Разума. Остальные присутствующие — я, Тейо, копьеносец Боруво, господин Ворел, Ари и Ган Шокта — расположились неподалеку от круга. Моя мама осмотрела Тейо с головы до ног. Потом нахмурилась и бросила на меня вопросительный взгляд. Видимо, Тейо Верада провалил испытание на должность надежного друга дочери Ари Шокты.

Это было немного унизительно, и кроме того, было бы нечестно задеть чувства Тейо, так что я отвернулась, сделав вид, что ничего не заметила.

«Вы стоите на древних лучах Договора Гильдий», — сказала госпожа Ревейн, возвращая всеобщее внимание к сути вопроса.

«А зачем нужны кости дракона?» — с явным подозрением спросила госпожа Аурелия.

Эльфийка снова почувствовала себя не в своей тарелке. Мастер Зарек шагнул вперед, но затем быстро вернулся на указанное ему место, заметив отчаяние во взгляде госпожи Ревейн. Он сказал: «Мы собрались здесь, чтобы воскресить Огненный Разум в качестве Живого Договора Гильдий».

Похоже, это стало новостью примерно для половины собравшихся лидеров.

Господин Ворел вскричал «Что?!», а госпожа Аурелия «Так вот зачем все это!» — и это вышло у них практически в унисон. В их громогласное возмущение вплелся и рык Борборигмоса.

Госпожа Лавиния проворчала: «Разве мы не пытались сделать это, когда он был жив? Почему вы считаете...»

«Что ж, не зря это назвали операцией "Отчаяние"», — высказалась Гекара.

Мастер Зарек воздел руки и отвечал: «Мы действительно пытались и потерпели неудачу. Но условия не изменились. Джейс Белерен лишился мощи Живого Договора. А она нам нужна, чтобы сокрушить Никола Боласа. Если мы преуспеем, Нив-Миззет вновь обретет эту силу и обрушит ее на Старшего Дракона. Затем Огненный Разум сложит с себя полномочия главы гильдии Иззетов и — как один из самых древних, мудрых и уважаемых отцов Равники — примерит на себя новую роль беспристрастного судьи для всех десяти гильдий, а также Безвратных. И боги свидетели: вряд ли он сможет делать эту работу еще хуже, чем Белерен».

Госпожа Лавиния, королева Враска и госпожа Эммара нахмурились, услышав последний пассаж, но остальные просто признали его правоту и спорить не стали.

Стоя на цыпочках, я шептала в ухо Тейо: «Здорово, что он упомянул Безвратных. О нас всегда забывают, когда большие шишки собираются, чтобы обсудить всякие гильдейские дела».

Гекара буквально подпрыгивала, сообщая: «Я никогда не участвовала в собрании всех гильдий. Я теперь даже рада, что босс не захотел отправиться сам».

Госпожа Аурелия покачала головой и усмехнулась: «Демону не пристало заниматься спасением какой-то там Равники, поэтому он послал одну из своих приспешниц».

Я снова зашептала: «Легион Боросов всегда терпеть не мог Рагдоса».

Гекара погрозила госпоже Аурелии пальцем: «Это не совсем так. Босс не посылал меня. Я пришла без его разрешения».

Королева Враска ухмыльнулась. «Гекара, если совсем честно, ты пришла сюда вопреки его желаниям».

«Именно так!»

Тут снова зазвучали крики и взаимные обвинения. Госпожа Эммара и Главный Оратор Ваннифар повернулись к мастеру Зареку, желая знать, как он может рассчитывать на успех плана, когда отец и глава Культа не участвовал в его осуществлении.

Госпожа Аурелия сказала: «Даже попытка сделать это в сущности бессмысленна».

Поймав полный разочарования взгляд мастера Зарека, Гекара попыталась сдать назад на своем словесном моноцикле, надеясь откатиться как можно дальше от разверзнутой ей же пропасти легкомысленного бунтарства. «Не поймите меня превратно. Босс всецело поддерживает эту идею».

Госпожа Аурелия взглянула на нее. «И сейчас?»

«Да, абсолютно. Полностью. Наверное».

Тут выступил мастер Зарек (выступил, конечно же, с речью — он не собирался покидать указанное ему место, чтобы не нарваться на еще один взгляд госпожи Ревейн): «Мы можем хотя бы попробовать. Церемония займет всего...»— он вопросительно посмотрел на госпожу Ревейн.

«От силы пять минут, — ответила она. — Если допустить, что это вообще сработает».

Госпожа Кайя переспросила: «Пять минут? Время дорого, но пять минут мы уделить можем — чтобы хотя бы попытаться».

Госпожа Ревейн оглядела круг. Один за другим, все они кивали, выражая согласие, — кто-то охотно, кто-то решительно, а кто-то откровенно враждебно. Но так или иначе — кивнули все.

Госпожа Рейвен не выражала ни охоту, ни решительность, ни враждебность. Она бесстрастно скомандовала: «Все — сделайте глубокий вдох».

Тейо вдохнул и медленно выдохнул.

Я хихикнула: «Думаю, она обращалась только к тем, кто стоит в круге».

Он здорово покраснел.

«Ого, — сказала я. Ты такой милый, когда смущаешься».

Теперь он стал пунцовым.

«Ага, вот как сейчас!»

Моя матушка снова нахмурилась. И я опять как будто не заметила этого.

Пока Тейо изо всех сил старался проявить самообладание, госпожа Ревейн завела монотонное песнопение — но так тихо, что я почти не слышала. Там, где она стояла, — около Сосуда и костей — на полу начали разгораться линии. Черные. Синие. Зеленые. Красные. Белые. И вдруг линии устремились сразу в нескольких направлениях, образуя концентрические круги под ногами представителей десяти гильдий.

Тейо вытаращил глаза и с восхищением наблюдал за импровизированными лучами. Должно быть, они зацепили его геометрическое мышление.

То, что было интересно ему, почему-то вдруг заинтересовало и меня, так что я тоже попыталась сосредоточиться на происходящем. У каждого представителя под ногами образовалось по два цветных круга, и комбинации цветов нигде не повторялись. Например, госпожа Кайя стояла в белом и черном кругах. Черные линии соединяли ее черный круг с соответствующими кругами королевы Враски, мастера Лазава и Гекары. Второй круг Гекары был красным и соединял ее с Борборигмосом, госпожой Аурелией и мастером Зареком. Второй круг последнего был синим и соединялся с кругами госпожи Лавинии, господина Лазава и Главного Оратора Ваннифар. Второй же круг Главного Оратора светился зеленым, соединяя ее с Борборигмосом, королевой Враской и госпожой Эммарой. Второй круг госпожи Эммары был белым, от него шли линии к кругам госпожи Лавинии, Аурелии и Кайи. Это было в своем роде прекрасно. Ну, по крайней мере, Тейо, похоже, очень нравилось.

К тому времени одиннадцать участников церемонии (включая госпожу Ревейн) впали в некое подобие транса, демонстрируя нам одиннадцать отсутствующих взглядов. Вдруг двадцать один пустой глаз взорвался лучами золотого света.

Да, странная цифра, но не забывайте, что Борборигмос — одноглазый циклоп.

Операция «Отчаяние» началась. Над Сосудом Огненного Разума открылся бесцветный портал, напоминающий водную гладь; из него прямо в Сосуд начал сочиться красно-синий дым. Кости вспыхнули, ввысь взметнулись ярко-желтые и оранжевые языки пламени — света стало столько, что мы на какое-то время ослепли. Прикрывая глаза ладонями, мы наблюдали, и сквозь узкие щелки век я увидела, что госпожа Ревейн охвачена огнем. Охвачена, но не пожираема: эльфийка не кричала, не корчилась и не горела. От костей, сосуда и эльфийки пламя распространилось на мастеров десяти гильдий. И, как и госпожа Ревейн, они ничем не показали, что огонь хоть как-то вредит им. Все еще погруженные в транс, они, казалось, не замечали его.

Но, к сожалению, заметил кое-кто другой.

Я увидела это первой, вскинула руку, указывая вверх, и заорала, стараясь перекричать рев пламени: «У нас гости!»

Огонь разгорался, свет становился все ярче, что привлекло внимание одного из Вековечных Богов. Я не могла вспомнить его имя, но у него была птицевидная голова и только одна рука. Огромный страшила гигантскими шагами пересек площадь и навис над руинами бывшего посольства, таращась на операцию «Отчаяние», которая была в самом разгаре, а заодно и на всех нас!

^{God-Eternal Kefnet | Art by: Lius Lasahido}

Тейо, надо отдать ему должное, вообще не раздумывал. Когда единственный здоровенный кулак страшилы начал движение вниз, Тейо вскинул обе руки и создал полусферу, ставшую защитой для всех семнадцати участников этого действа. Жуткий удар сотряс силовой щит, едва выдержавший атаку; Тейо был, мягко говоря, ошеломлен. Мироходец упал на колени, и я подхватила его, чтобы он не разбил лицо.