Начались проверка связи и прочие приготовления. Марина мне сказала пару напутственных слов, мол, ничего сложного не будет, а если возникнут проблемы, я должен сразу же вызывать её по рации.

У одного агента за спиной висел ранцевый локатор в виде металлического шара на гибком пруте, крепящемся на небольшой коробке. Остальные дистанционно подключили к нему свои встроенные в костюм радары. В доспехах Б-10 радарчик находился на левом запястье, в «Панцирях-16», как я понял, он вызывался через голографическое меню, отображающееся на внутренней стороне маски.

Агент 877 проверил по рации готовность всех отрядов и приказал рассредоточиться. Мы разошлись так далеко друг от друга, что я едва видел остальных членов группы. Вдали тускло поблёскивало множество синих точек, и мы двинулись вниз по склону холма, направляясь туда, где толпились иные.

А в наушнике встроенной в шлем гарнитуры рации непрерывно звучали голоса разведчиков.

— Группа гамма. Вижу иного девятого уровня.

— Группа бета. У меня прямо по курсу два восьмых и один девятый.

— Группа альфа, внимание! Прямо по курсу десятый. Движется к нам. С ним два девятых.

Я аж присвистнул мысленно. Тут обитало полно сильных тварей. Вот отожрались-то, сволочи! Понятно теперь, почему агенты так всполошились. Ведь если эти монстры выйдут к границе, защитники вряд ли их сдержат. Значит, придётся разбираться нам.

Глава 19

Глава 19

Я брёл вниз по склону холма, огибая заросли чахлого пустынного кустарника. Впереди левее шёл 877й, справа — Марина. Они были далеко от меня и то и дело пропадали из виду за складками местности или редкой растительностью.

Уже полчаса двигались таким порядком, отражая атаки. В гарнитуре почти непрерывно звучали голоса, докладывающие об уничтожении иных. С самыми сильным разбирались агенты — наша группа убила уже пять крупных тварей. Мне же и другим сотрудникам, идущим во второй линии, доставалась всякая мелочь, просачивающаяся сквозь передовую четвёрку.

Агенты не трогали «светлячков», и те либо торчали посреди пустоши, ожидая уничтожения, либо нападали на меня. Иногда прибегали существа посильнее. Чаще всего, я подпускал их к себе, хватал и поглощал, что называется, заживо. Для меня вся эта мелочь не представляла никакой опасность и являлась чем-то вроде подножного корма, по крайней мере, до тех пор, пока их не соберётся пара сотен штук.

Когда мы спустились в низину, впереди показались три крупных иных. Два бросились к агентам, один — на меня. Это была здоровенная гуманоидная тварь ростом с двухэтажный дом, имевшая четыре длинные лапы с множеством пальцевидных отростков. Она светилась ярко-синим светом, а сердцевине, как обычно, горела чернота.

Увеличиваю силу импульса до пятнадцати и прицеливаюсь в бегущего монстра, который внезапно начинает метаться зигзагами, словно понимает, что сейчас в него будут стрелять.

Первые два импульса уходят мимо, второй и третий попадают точно в цель, поскольку иной уже совсем близко. Теперь остаётся только избавиться винтовку и достать тесак, но не успеваю: удар двух верхних конечностей отбрасывает меня в сторону.

Винтовка отлетает далеко от меня, мне же удаётся подняться и отскочить в бок. Могучие лапы обрушиваются на землю, а я выхватываю из ножен тесак. Решаю использовать такую же тактику, как и против великанов. Уклонившись от очередного удара, забегаю сбоку и рублю по ногам. Иной раза в четыре выше меня, и я даже до пояса ему не достаю, а вот по нижним конечностям — как легко!

Иной размахивает всеми четырьмя руками и топает ногами, пытаясь задавить меня. Уворачиваюсь, встречаю удар руки клинком, и существо отдёргивает конечность, словно обжёгшись. Второй рукой оно попадает мне по голове. Лечу на землю, вскакиваю, отбиваю две руки, удар третей пропускаю, снова падаю, но моментально оказываюсь на ногах. Прорываюсь к нижним конечностям иного.

Мощный лоукик валит огромную тварь на спину. Тесаком наношу удар за ударом по валяющемуся на земле монстру. Иной размахивает лапами, пытается встать. Он то и дело попадает по мне, но я держусь на ногах, продолжая кромсать огромное синее туловище.

У монстра почти получается встать, но ударом ноги опять опрокидываю его навзничь. Запрыгиваю на лежащее существо и всаживаю клинок по самую рукоять, свободной рукой бью в голову, после чего погружаю пальцы в энергетическую плоть. Монстр дёргается, стараясь меня скинуть — держусь за вогнанный в его тело тесак и, ударив ещё пару разу в голову, продолжаю поглощение.

Подоспели три существа помельче. Отбрасываю их дистанционными телекинетическими ударами, не позволяя вмешиваться. Огромный монстр тем временем стремительно слабеет, перестаёт сопротивляться, а его туша постепенно превращается в синюю дымку, которая впитывается в мои руки.

Это иной — самый огромный и сильный из всех, которых я когда-либо встречал. Если верить ИК, только с одного него мне досталось почти две тысячи единиц энергии.

Трое иных послабее, тоже человекоподобные, ростом около двух метров с двумя ногами, двумя руками, не сдаются, опять лезут ко мне, но с этими я справляюсь легко. Удар тесаком, мёртвая хватка за руку или шею — и энергия стремительно перетекает в меня.

Вскоре вокруг никого не остаётся.

— Говорит сотрудник 171, — сообщил я по рации. — Уничтожены иной девятого уровня и три — четвёртого.

Никто мне, естественно, не ответил, а спустя секунду какой-то агент отчитался в уничтожении ещё пары существ. Отряд двигался дальше, продолжая свою муторную работу.

Спустя минут десять меня атаковали «светлячки». Идущие впереди агенты на эту мелочь почти не отвлекались, искали тварей покрупнее, и мне пришлось взять их на себя. Нескольких пострелял слабыми импульсами, остальных поглотил, когда те подбежали вплотную.

После ложбины, по дну которой протекал ручей, начался очередной подъём. Местность была рельефной, но без сильных перепадов, и иные здесь не всегда толклись в низинах. Следующая крупная группа существ паслась ближе к вершине. Большинство из них стали сбегаться к Марине и 877-му, которые шли в первой линии, но пара десятков «светлячков» всё же удостоили меня своим вниманием, и я сумел поглотить ещё немного энергию.

Сбив с ног иного пятого уровня, я вытягивал из него энергию, когда рядом что-то сверкнуло, садануло по всему телу, и в следующий момент я оказался не земле. Поднялся, осмотрелся в недоумении: неподалёку появились десятка два мелких иных, которых секунду назад здесь не было. В первое мгновение я даже не понял, откуда они взялись и кто меня ударил.

Очень быстро пришло понимание, что произошёл выброс. Я оказался рядом с эпицентром, как и тогда, полтора года назад, когда ехал поступать в спецшколу. Меня снова накрыло, но на этот раз без последствий.

Мы на занятиях проходили, что выбросы бывают двух типов: концентрические и направленные, но при любом из них образуется энергетическая волна, способная убить светоносного даже с не самым низким уровнем, если тот окажется близко к эпицентру. А вот для иных и для гибридов выбросы опасности не представляли.

Существа, которые появились поблизости, были совсем мелкими и слабыми. Большинство из них тут же бросилась врассыпную. Однако группка из десяти «светлячков» всё же попыталась на меня напасть и была быстро поглощена. Расправившись с ними, я продолжил путь.

Надо мной висело пепельное небо, а впереди то и дело происходили выбросы. Большинство из них были очень далеко, за горизонтом, но иногда синие вспышки сверкали относительно близко. Мы напарвлялись в самый эпицентр шторма.

Спустя часа три, я начал уставать от активного поглощения энергии. Казалось бы, иных до меня добирается не так уж и много, но сражаться с ними приходилось почти постоянно. ДЦНС росла, приближаясь к критической отметке, а периоды затишья по десять-пятнадцать минут не позволяли отдохнуть должным образом.

Мне начали приходить в голову мысли сообщить Марине о дестабилизации. Очень не хотелось этого делать, чтобы не выглядеть слабаком в глазах остальных, но и вновь попасть в больницу тоже не был никакого желания. Но внезапно 877-й приказал отряду остановиться.

За три часа охоты я поглотил более четырёх тысяч единиц энергии, и общий баланс составлял теперь 53161 единицу. Но самочувствие быстро ухудшалось, и вряд ли мне стоило продолжать.

Впереди виднелся лес, и отряды туда не пошли. По моему опыту, в лесу можно и неделю пробродить без всякого смысла, тем более, здесь уже были дикие земли, а это значит, что двигаться нам предстояло вслепую, не имея никаких разведданных, кроме показаний ранцевых локаторов, радиус действия которых не превышал пятьсот-семьсот метров.

Собравшись отрядами, мы двинулись в обратном направлении к месту высадки.

Добрались уже затемно, и через полчаса в небе послышался рокот винтов. Вертолёты один за другим садились и забирали отряды. Наш улетел последним.

— Уровень поднялся? — спросил меня 877-й, когда вертолёт поднялся в воздух.

— Пока нет. Надо больше энергии, — прокричал я сквозь шум.

— Какой, ты говорил, у тебя уровень?

— Тридцать шестой.

— Да, точно. И за сколько поднял?

— Времени за сколько? За полтора года.

— Нормально! Хорошо работаешь. Будет толк. Это же твой воспитанник? — крикнул Агент 877 Марине.