Станция оказалась тем еще Клондайком для знающего человека: всевозможные металлы и пластик в разных формах, азотные удобрения, кислоты и щелочи, бензин и дизельное топливо, всевозможная электрика. Свою лепту внесли и трофеи, собранные с грузовика и тел. Трэш не человек, но когда-то им был, и большая часть прежней памяти вернулась. Когда-то его называли отличным техником, вот и пришло время доказать это еще раз.

Непросто заниматься такими делами в обстановке нехватки времени, если рабочих рук у тебя всего две, причем обе чужие.

Да к тому же еще и дрожащие, как конечности отмороженного барабанщика на утопающем в каллабинольном дыму неформальном рок-концерте.

– Может, ты пожрать хочешь? – любезно предложил Трэш, надеясь, что прием пищи еще больше успокоит пленника. – Есть вареная баранина и всякие консервы.

Мужчина замотал головой:

– Нет, не надо, с-спасибо. Слушай, ты извини за то, что я стрелял в тебя. Мне же приказали. Это был приказ, я ведь должен был. Приказ, понимаешь?

– Ты поэтому так переживаешь? Не надо волноваться, я на тебя не в обиде. Успокойся. Сказал же, отпущу, когда закончишь. А я слово держу, это тебе любой скажет.

То, что подтверждать сказанное некому (а некоторые, отдельные личности даже могут заявить обратное, если волшебным образом вернутся к жизни), Трэш, понятное дело, уточнять не стал. Не надо тревожиться по таким пустякам, когда в твоих руках сжат почти доведенный до ума примитивный электродетонатор, созданный с нарушением всех писаных и неписаных правил техники безопасности.

Если эта штука сейчас рванет, у Трэша останутся лишь свои собственные, ни на что не годные лапы. Привлеченные руки, увы, разлетятся в разные стороны.

Пленнику остается примотать цоколь лампочки к латунной трубке. За неимением лучшего материала придется использовать скотч. Если не рванет в процессе, получится первый детонатор.

Одного Трэшу маловато, но даже если руки человека перестанут дрожать, много изготовить тот не успеет.

Потому что они у него не только дрожащие, а еще и кривые. Чтобы завести обычный генератор, ушло минут пятнадцать, а там работа из тех, с которой даже ребенок без лишних указаний справится.

Надо было сначала не рельсами разбрасываться, а поинтересоваться у приехавших насчет их профпригодности, после чего беспощадно зачистить всех тех, у кого руки растут не от плеч.

* * *

Солнце светило вовсю, а Трэш и четверти запланированного не подготовил. Похоже, придется остановиться на достигнутом, ведь пленник может соврать насчет сроков или заблуждаться.

Ошибка в расчете времени может стоить Трэшу жизни. Конечно, такую жизнь, или, вернее, существование, высоко не оценишь, но это хоть какие-то перспективы. Допустим, остается возможность отомстить кому-нибудь или даже всем.

Мертвые не мстят, следовательно, придется жить.

Потому пришлось сворачиваться в полдень, после чего, держа свое слово, вести пленника через железную дорогу и дальше в город.

Проще, конечно, башку оторвать, но Трэшу как-то не по себе от такой идеи. Он не ощущал ни малейшего негатива после гибели Сыча, только сплошное удовлетворение, но ведь здесь – принципиально иной случай.

Ведь Трэш пообещал твердо, без увиливаний. И этот человек помогал ему, как мог, всеми силами. Значит, все должно быть честно.

К тому же кто знает, как там дальше обернется. Вдруг возникнет похожая ситуация и очередной пленник будет знать, что перед ним не врущее на каждом шагу чудовище, а чудовище, которое однажды дало честное слово и сдержало его.

Репутация лишней не бывает.

Этот сарай Трэш приметил еще в тот день, когда вместе с Чавком пытался убраться из города и при этом не попасться под зоркую оптику беспилотника. Приходилось двигаться от укрытия к укрытию, много чего подмечая.

Сарай странноватый. Как и положено сараю, без окон, даже без намека на них, но больше похож на аккуратный жилой домик, возведенный из крепкого бруса. Внутри одно небольшое, лишенное перегородок помещение с чистым дощатым полом. Ни единого предмета мебели или хоть какого-нибудь предмета, ни соринки, и крепкая дверь нараспашку.

На эту дверь Трэш и указал в конце пути:

– Заходи.

– Зачем? – перепуганно вскинулся пленник.

Вздохнув, Трэш прояснил ситуацию:

– Я знаю, что, когда освободишься, ты сразу побежишь к своим дружкам. Не дергайся, я не вижу в этом ничего дурного. Это нормально. Но я не хочу, чтобы они раньше времени узнали то, что я от них скрываю. Ты знаешь некоторые мои тайны, чтобы их сохранить, у меня остаются два выхода: убить тебя или посадить в сарай на несколько часов. Так и быть, предоставлю тебе право выбора.

– В сарай! Запри меня в сарае! – взмолился мужчина.

– Ну так проходи, что тебе мешает?

Уже внутри пленник обернулся и дрожащим голосом уточнил:

– А когда ты меня отпустишь?

– Я не стану тебя отпускать.

– Но…

– Да что ты вечно так волнуешься? Не волнуйся, я сказал, что ты получишь свободу, а я всегда держу свое слово. У тебя есть нож, я специально его оставил. Здесь все деревянное, можешь расколупать им стены или дверь, выберешься сам. Зараженных в городе осталось немного, и они не станут лезть туда, где попахивает элитником. Если не начнешь сильно шуметь, тебя не найдут.

– Нет, не буду. Я тихонечко.

Трэш кивнул, прикрыл за пленником дверь и подпер ее прихваченным по пути бетонным блоком.

Ничем не примечательный нож – не лучший инструмент, когда требуется расправиться с крепкой дверью или стеной из бруса. Если же при этом работать максимально тихо, работа многократно затянется. Трусливый пленник вряд ли отважится спешить, ведь это может усилить шум. Значит, пройдут многие часы, прежде чем он обретет свободу. Но и это не все, ему ведь еще понадобится добраться до своих, а Хутор располагается не близко.

Пленник ничего и никому не успеет выдать.

Глава 26

Глава 26

Шум моторов Трэш уловил, когда до заката оставалось около трех часов.

Пленник не так уж сильно ошибся в расчетах, зря о нем худое подозревал. Даже жаль, что настолько спешно пришлось свернуть работу, ведь не так уж и много недоделок оставалось, мог успеть довести до ума парочку достойных идей.

Моторы наземного транспорта – это перспективная новость. Получается, приехали, скорее всего, не внешники. Те бы первым делом подвесили над городом дрон, возможно, даже не один. Высотные беспилотники здесь применять невозможно, неподалеку подступают мертвые кластеры, слишком непредсказуемо меняется обстановка по черноте с каждым метром по вертикали. А все, что жмется к земле, неизбежно выдает себя шумом, мимо чутких ушей Трэша такое не проскочит.

К появлению беспилотников или вертолетов он, вообще-то, готов. Заранее притаился в кустах на возвышенном участке лесополосы. Видимость отсюда не очень достойная, зато самого тяжелее разглядеть, да и подумают на такое неприспособленное для наблюдения место в последнюю очередь. От хитроумной оптики (в том числе тепловизоров) защищает грубая накидка из подложки под ламинат, небрежно обшитая клочьями ткани. Вблизи такая маскировка скорее внимание привлечет, чем скроет, зато дроны не засекут аномалию.

И не стоит забывать о чудесной способности оставаться невидимым. До обретения памяти это ему удавалось, после это ценное умение тоже не пропало, опробовано еще утром, на пленнике. Конечно, в этом сумасшедшем мире может найтись иммунный, против которого способность элитника не сработает, но вряд ли такие уникумы часто встречаются.

Да и не факт, что вообще встречаются.

В том случае, если врагов окажется слишком много или появятся внешники, Трэш просто уйдет. Он пока что не готов к серьезной битве. Ну не было времени организовать встречу на высшем уровне, да и новые возможности тела только намекают на свой потенциал, их еще придется исследовать, изучать, а это далеко не быстрый процесс.

По уму, следовало вчера вечером убить всех, ни единого не выпустить. После чего убраться отсюда подальше, не привлекая лишнего внимания к своей и без того много кому насолившей персоне. Но Трэш не в том душевном состоянии, чтобы сдерживаться, вот и предоставил себе шанс оттянуться как следует.

Или умереть.

Погибнуть в бою – неплохой, в сущности, вариант. Не сорви с него тогда, на исходе прежней жизни, кобуру с пистолетом, все бы закончилось еще на той дороге. В тот миг смерть казалась куда предпочтительнее альтернативы, предлагаемой Стиксом безо всякого на то твоего желания.

Да и сейчас гибель не пугала.

Наоборот.

Если выживет, уйдет после. Стикс если не бесконечен, то невообразимо велик, выследить в нем существо с его знаниями и возможностями затея куда более бесперспективная, чем поиск иголки в стогу сена размером с Австралию.

Если, конечно, не нарываться специально. Без чего, скорее всего, обойтись не получится, ибо смысла существовать вот так, забившись в глубокую нору и не высовывая нос, нет.

Но об этом надо будет подумать потом, сейчас – время действия, а не теории.

Дорога, по которой Трэш пришел в эти места вместе с Чавком, отсюда просматривалась скверно, лишь на отдельных интервалах. Но и этого вполне хватило, чтобы оценить силы противника.

Из серьезного прибыло не так уж и много: два бронетранспортера, одна боевая машина пехоты и танк. Военная техника вся с пушками, крупнокалиберные пулеметы виднеются лишь на грузовиках и пикапах: две и четыре единицы, соответственно.