– Кратов, назад!

Зеркальные стены ожили. Дрогнули, задышали, вскипели, будто лавовый поток. Вспучился пол. На потолке набух и прорвался гигантский нарыв.

Вход на контрольный пост на глазах зарос камнем, сам собой разгладился, и на его месте образовался глухой тупик.

– Да вы никак уснули! – возмущенно сказал Биссонет. – Вас едва стенами не сжевало!

– Мерцальник… – промолвил Кратов, мотая головой.

– Что – Мерцальник?!

– Нет, ничего. – Ему потребовалось некоторое время, чтобы окончательно стряхнуть наваждение. Но он никак не мог отделаться от брезгливости к собеседнику. И к самому себе тоже. – Давайте уносить ноги. Мне не нравится, когда меня жуют.

8

Отчетливо помнилось: все эти бесчисленные залы были выстроены в одну прямую как стрела анфиладу. Чтобы вернуться, достаточно было идти себе и идти, никуда не сворачивая. Не задевать того, что светится, издает звуки либо выглядит подозрительно. Держаться подальше от контрфорсов и боковых ходов. Предупредительно замирать при малейшем проявлении любопытства со стороны Малого Стража. Чего, казалось бы, проще?

И все же они ухитрились заблудиться.

Это представлялось невероятным, но, когда прошло что-то около двух часов, а они так и не вышли к колодцу, Биссонет начал проявлять беспокойство.

– Вам не кажется, что мы курсируем по кругу? – спросил он отчаянным голосом.

– Мне кажется другое, – помолчав, ответил Кратов. – Пока мы глазели на Мерцальника, кто-то перетасовал все подземелье. Возможно, сам Мерцальник и перетасовал. Мы ему… гм… не понравились.

– Почему вы так решили? – осведомился Биссонет испытующе. – По-моему, наше присутствие могло сделать честь любой компании!

Кратов взвесил на руке содержимое мешка.

– Краюха еще цела, – сообщил он. – Но это ненадолго.

– Хочу заранее уведомить, – бледно улыбаясь, промолвил Биссонет. – Я худ телом и малокалориен. И буду сопротивляться.

– Забыли упомянуть, что вы еще и ядовиты, – хмыкнул Кратов. – Поэтому можете быть спокойны: на вас у меня иммунитет отсутствует. А трапеза вышла бы прелюбопытная. Едок и блюдо находятся в равных усло виях. Здоровая состязательность за право не быть съеденным… А еще вы забыли, что я обещал вас отсюда вытащить.

– Вы мне многое обещали… – сказал Биссонет. Он остановился и прямо взглянул на Кратова снизу вверх. – Я не знаю, выберемся ли мы. После всего увиденного трудно делать прогнозы. Поэтому я предлагаю вам мир. До сих пор вы имели дело исключительно с моей ногой. Не откажетесь ли принять и мою руку?

Кратов с некоторым изумлением пожал его удлиненную хрупкую ладонь.