— Нико, — сказала я, — ты же помнишь, о чем мы говорили? Что я просила тебя сделать для Ворона?

— Я помню, Рета, — ответил Нико.

— Хорошо, — я откашлялась. — Тогда… Я сейчас подключу тебя обратно и… В общем, ты дальше сам разберешься, да?

— Конечно, Рета.

— Так, я что сказал? — Ворон снова грозно посмотрел на Кару, но тот, как ни странно, вообще не боялся. — Я сказал — мешок на голову и проваливай.

Кару покачал головой.

— У меня есть разговор к Рите.

— Она отсюда не уйдет, пока не закончит. Ты при этом не присутствуешь. Все.

— А может, мешок на голову и пусть сидит? — предложил Ди. — Пока скажет, что он там хотел. А то, знаешь, неохота его два часа сторожить, пока ты Рету не отпустишь.

— А может, — сказал Кару с впервые прорвавшимся раздражением, — я просто поговорю с Ритой, пока вы работаете?

— Ну да, — усмехнулся Ворон, — а потом выйдешь и помчишься в Сити писать донос. Мешок на голову.

— Мне нет дела до того, чем вы тут заняты, — сказал Кару уверенно, когда Ди протянул ему черную тряпку. — Даже если я что-то увижу — меня это не касается.

— Знаете, лучше наденьте, — сказала я, внезапно вспомнив, кто именно впервые рассказал мне о приложении для распознавания лиц.

Кару покачал головой, но мешок взял, посмотрев на меня как на предательницу.

Я подошла к компьютеру и принялась подключать свой комм. Экран мигнул, появилось лицо Нико, потом возник незнакомый мне интерфейс и побежали строчки кода. Повернувшись, я успела уловить выражение грусти на лице Ворона.

Я подошла к операционному столу и села рядом с Кару.

— Ну, выкладывайте, — сказала я ему. — Можете даже не торопиться, времени вагон.

Кару вздохнул.

— Знаете, честное слово, это лишнее, — сказал он. Голос его из-под ткани звучал глухо. — Если бы это не было действительно важно…

— Но раз это важно, может, начнешь уже? — поторопил его Ворон.

— Это насчет вашего брата, — вздохнул Кару, и мы все замерли.

Я непроизвольно схватила его за руку.

— Насчет Коди? — сдавленно переспросила я.

— Да. Я навел справки, как обещал. Мой коллега Мартин — может быть, вы его помните?.. — Я смутно вспомнила мужчину, с которым познакомилась на вечеринке в «НейроКортИнн». Этот Мартин? — Его отдел занимается кое-чем для военных… И я боюсь, что у меня… не очень хорошие новости.

— Бросьте, — перебила я. Меня накрыло эйфорией. Он что-то узнал! По-настоящему что-то узнал о том, как вытащить Коди! — Плохой новостью было, что мой брат не вернулся из Вессема. Плохая новость — что мне осталось жить полгода. Вот плохие новости. Что бы вы ни узнали, это будет… ну, средняя новость. Если только Коди не превратился в Измененного, — я рассмеялась, но Кару почему-то не засмеялся вслед за мной. Пауза затягивалась, и я, не выдержав, сдернула чертов мешок с его головы. — Вы что молчите?!

— Рита… — Лицо Кару было серьезным. Таким серьезным, что мне захотелось вернуть мешок на место. — Насколько я понял, эксперименты возобновились несколько лет назад. С этого времени группа Мартина выполняет некоторые заказы… Это секретные разработки, и полного доступа у него, конечно, нет. Но сейчас на этой военной базе находятся пять человек с разной степенью… модификаций.

Эме шепотом выругалась.

— Модификаций, — повторила я. — Мо-ди-фи-ка-ций.

Слово не имело смысла. Ничего не имело смысла.

— Ваш брат был последним. Мне удалось выяснить не очень много. Они используют какой-то нейрокорректив — видимо, аналог вещества FX-116. И работают со связками оператор-измененный. Это все, что мне известно.

Я обнаружила, что стою, вцепившись в руку Ди.

— Как мне туда попасть? — спросила я шепотом. — Узнайте еще хоть что-нибудь, ну пожалуйста! Я что угодно достану, любое оружие, проползу по этим тоннелям, я свою армию соберу! Я должна вытащить оттуда Коди, пока… пока он еще человек. Я не могу еще раз его потерять!

Я зажмурилась и почувствовала, как Эме обняла меня и принялась поглаживать мою руку. Против воли из глаз потекли слезы, и я потерлась щекой о плечо. Перед глазами пронеслись картинки — фотографии, которые я видела в кабинете Амелии Лукаш, вскрытый череп Владимира Джехоны, трупы Измененных, искаженные, обгоревшие, и у каждого было лицо Коди.

— Спросите этого своего Мартина, он же наверняка что-то знает! Что он вам еще сказал?

— Он мне ничего не говорил, — покачал головой Кару. — Я получил сведения… незаконно.

— Слушай, дядя, — вмешалась Эме, — а что ты вообще знаешь? Ты что, этих Измененных своими глазами видел? Мало ли, что они там делают! Ну вшили кому-то пару-тройку имплантов, что с того?!

— К сожалению, я видел достаточно, — сухо произнес Кару. — Даже в тех файлах, что не зашифрованы. Это, как сказал бы ваш друг, — он кивнул в сторону моего комма, — косвенные данные. Но ему косвенные данные помогли найти Вессем. А мне их хватило, чтобы понять, что именно происходит.

— Если там и правда Измененные, — сказал вдруг Ворон, — забудьте о том, чтобы туда попасть.

Он стоял возле вытяжки, под ногами его все было серым от сигаретного пепла. Я вдруг заметила, что уголок его глаза дергается.

— Этому парню, этому вашему Джехоне, пришлось трахнуть главного конструктора и самому стать Измененным, чтобы пробраться в лабораторию. И то у него была еще целая толпа, которая ему помогала. Девочка, тут без шансов. Поплачь и живи дальше.

Я помотала головой. Отчаяние уходило, уступая место решимости.

— Там мой брат. Мне есть, за что бороться.

Ди обеспокоенно посмотрел на меня.

— Рета…

— Они не собирались брать туда Коди, так? — перебила я его. — Он случайно попался, уже надышавшись этого, как вы сказали, нейро-чего-то-там, и его решили модифицировать.

Я по очереди обвела всех взглядом.

— Рета, пожалуйста, не надо, — тихо сказал Ди.

Я повернулась к Боргену.

— Скажите этому своему Мартину, что я тоже. Что я тоже уже надышалась. Пусть они возьмут меня на базу. Скажите им, — добавила я решительно, — что я тоже хочу стать Измененной.

Кару покачал головой.

— Я понимаю, о чем вы думаете, что хотите повторить, но это не одно и то же, — сказал он. — Капитан Джехона был военным. И он с самого начала не собирался возвращаться оттуда.

— Сдурела, плесень? — добавила Эме. — Тебе жить осталось — два раза поссать, а ты хочешь сдохнуть еще быстрее? Да они тебя даже слушать не станут, пристрелят к хренам собачьим, чтоб не болтала, да и все!

Ди взял меня за плечи и развернул к себе.

— Рета, не надо, — сказал он снова. — Ты не Джехона, ты не солдат. У тебя не будет взрывчатки, передатчика, группы боевиков. Не будет ничего.

— Знаю, — ответила я. — Зато у меня будет Коди.

***

Ди позвонил мне ночью, когда Эме уже спала, а я лежала и смотрела в темноту, которая осела в углах, будто пыль на полках, и чем больше я думала о словах Кару и обо всем, что произошло, тем меньше понимала. В конце концов мне начало казаться, что я плаваю в океане из информации, ничего не понимаю и только шевелю ложноножками, и тут раздался звонок. Я натянула шорты и выскочила на лестницу, чтобы ответить.

— Я знаю, что нужно сделать, — сказал Ди вместо приветствия.

Я уселась на широкий подоконник и свесила ноги на улицу. Было прохладно, по телу побежали мурашки.

— Что?

— То же, что Джехона.

— Джехона готовился к операции год. За это время он смог собрать целую команду. У меня нет столько времени.

Я, конечно, имела в виду, что у Коди нет столько времени. Я не знала, сколько от него осталось, но каждый день мог стать точкой невозврата.

— Тебе и не нужно. Тебе нужно только взять с собой того, кто сможет помочь тебе на месте. Твоего друга Нико.

— Ди, спасибо, конечно… Но мне кажется, я не смогу протащить с собой комм.

Я подозревала, что я даже запасные трусы не смогу с собой протащить — отберут на входе.

— Я тоже об этом подумал. Но Нико — это не комм. Это тонкая пластинка «Голоса», которая поместится в твое тело. А чтобы никто ничего не заподозрил, мы вставим поверх медицинский чип. На базе ты выберешь удобный момент и подключишь Нико. А он уже поможет тебе выбраться.

Я ошарашенно молчала. Это была безумная идея, совершенно невменяемая, но… она могла сработать.

— Это будет больно, — сказал Ди, не дождавшись моего ответа. — Тебе придется самой вырезать чип из руки, но, знаешь, я думаю — это единственный шанс. Я не верю, что они так просто вас выпустят. А взломать их внутреннюю сеть ты не сможешь. Не обижайся, я бы тоже не смог. Для этого надо быть гением.

— Как Нико, — прошептала я.

— Точно, — согласился Ди после паузы.

— Я не знаю, смогу ли это сделать, — призналась я.

— Сможешь. — В голосе Ди слышалась такая уверенность, такая вера в меня, что я впервые почувствовала, что, может быть, иду не просто умирать ради призрачного шанса спасти брата. Может быть, у нас получится выбраться. — Я видел, как ты умеешь переносить боль, как ты справляешься со страхом, и ты умеешь действовать. Ты сможешь вскрыть себе руку и сунуть туда провода, если от этого будет зависеть твоя жизнь.

— Насчет этого я не волнуюсь, — вздохнула я. — Разрезать руку — полбеды. Но вот подключить «Голос»… Кару и его жена не смогли, а я…

— Они не смогли перекодировать, — возразил Ди. — Не смогли сделать так, чтобы можно было общаться с Джехоной. Тебе это и не нужно, Нико сам все сделал. Поговори с ним, пусть нарисует схему. А я помогу тебе с ней разобраться.