– Вы гарантированно можете спасти нас. А спасете ли кого-то еще – никто не знает. – взял слово Джейкоб. – Не буду плести о том, что моя жизнь тяжела и бла-бла-бла, потому что это далеко не так. Меня в детдоме любили, и хоть я рос без родителей, меня окружали достойные люди. Сейчас я, конечно, не могу похвастаться тем, что меня кто-то ждет. Но это, скорее, моя вина, чем других. И меня поймет только тот, кто вырос в условиях детского дома, где ты никогда не бываешь один. Никогда. Укромный уголок найти крайне сложно, да многие и не пытаются. Поэтому сейчас я… не вижу потребности в общении. Это не значит, что я ненавижу людей! И, если бы я мог, я бы сделал все, от меня зависящее, чтобы спасти кого-нибудь. Но я не из тех, кто жертвует своей жизнью. Это самое дорогое, что у меня есть. И я не считаю, что моя жизнь стоит дешевле, чем жизни других людей. Как-то так.

Джейкоб придвинул своего медведя, на котором сидел, ближе к решетке, облокотился на нее и закрыл глаза. По дрожащим губам было понятно, что он еле-еле сдерживает слезы.

– Нам дали шанс, возможно впервые в жизни сделать что-то хорошее, значимое. Почему вы от него отказываетесь? – Катарина Брамс плакала, даже не пытаясь вытереть бегущие слезы. – Неужели вы хотите прожить бессмысленно? Пусть долго. Пусть даже красиво. Но бессмысленно?

– Она права! – Финли вскочил со своего места и нервно забегал взад-вперед. – Мы можем что-то сделать! Не может быть, чтобы у нас не было шансов как-то это все… исправить.

– Не мы начали – не нам исправлять. Кам он, гайс. Наше время истекает через десять минут! – Ольга была раздражена.

– Погодите, мы выяснили, что нас никто не хватится, значит наша смерть здесь – это пустая трата человеческих жизней. Так? – слово опять взяла Мелани. – Для того, чтобы помочь другим, мы должны, как минимум, выйти отсюда живыми. Так? – она обвела взглядом собравшихся, – Мое предложение такое – мы подписываем договор, выходим, и собираемся для того, что обсудить дальнейший план действий. Эй, чучело! Нам же можно собираться вместе? Или это ты нам тоже запретишь?

Из динамиков послышался треск и кашель.

– Собирайтесь сколько угодно. Пока ваша трепотня будет проходить за закрытыми дверьми – меня это не касается. Но, хочу напомнить, что согласно условию договора, вы должны будете принять участие в дальнейших съемках, а потом ездить с нами с презентацией фильма. Эммм.... Так что времени на сборища у вас будет немного. – Фернандо Маккони противно захихикал.

– Погоди, мы что, сразу должны ехать на какие-то съемки?

– Ээээ… нет. У вас будет около месяца, пока мы допишем под вас сценарий. Тот, что читала моя дорогая Ольга, предполагал вариации на тему. И вы своими действиями внесли некоторые… ээээ… коррективы. Так что, план такой – выходите, отдыхаете или… что вы там хотите делать? А потом мы с вами связываемся и начинаем!

– Ха, если ты нас отпустишь – ты нас больше не найдешь, – засмеялся Джейкоб.

– Э, нет. Мы ж не такие дураки! Каждому будет вживлен микрочип, который отследит ваши передвижения. Мая твая панимай? – опять раздался противный смех, треск в динамиках и связь оборвалась.

***

Мелани посмотрела на часы – оставалось пять минут.

– Итак, быстро, подводим итоги. Все согласны выбрать жизнь? Поднимите руки, – все до одного подняли руки в знак согласия.

– Погодите, и что, мы просто так выйдем, и будем работать на этого… этого урода? – голос Финли сорвался на крик.

– Я не буду плясать под его дудку, какие бы деньги он не предлагал. – старик Брюс Ворд нахмурился и сложил руки на груди.

– Ой да ладно! Вы только представьте, какие это деньги! Я была знакома с некоторыми из его актеров – они шикарно живут! – Ольга от нетерпения подскочила и начала подпрыгивать на месте.

– Продажная шкура, да как ты смеешь! – Кевин было кинулся к ней, но Джессика своей ослабшей от постоянного плача рукой, остановила его порыв и прошептала что-то на ухо.

– Да никто не собирается плясать под его дудку! Вы что! – Джейкоб тоже подскочил со своего места, желая как можно скорее выбраться отсюда. – Выходим, собираемся вместе – и решаем, как быть дальше! Не может быть, чтобы эти чипы нельзя было вынуть.

– Тише! Он же нас слышит! – глаза Финли расширились от ужаса.

– И что? Мы ему нужны! Мы его курицы, несущие золотые яйца. И он нас не тронет, пока мы не сделаем что-то, что поставит под сомнение удачное завершение его плана. – Джейкоб подошел к решеткам и потряс их. – Эй, выпускай нас!

– Я не смогу. Я не смогу этого сделать. – шептала Катарина Брамс, нервно теребя оставшийся рукав своего платья.

– Ну-ка прекрати! – оборвала ее Лия. – Подумай о том, что ты можем расплатиться за то, что погубила своих родителей – спаси нас!

Собравшиеся начали вставать со своих мест, в нетерпении толпясь у решетки. Против того, чтобы выйти отсюда живыми, уже никто не выступал.

– Итак! Вы приняли свое решение? – голос из динамиков сопровождался треском.

– Да, да! Мы согласны на договор и… что там еще. – Ольга продолжала прыгать от нетерпения.

– Отлично! Вы сделали правильный выбор!

Решетка медленно начала двигаться в сторону от правой стены, и все выжившие начали толкаться, чтобы первыми выйти из заточения.

Мелани почувствовала, как ускоряет работу ее сердце, а голову как будто стянул стальной обруч. Она остановилась отдышаться, пропуская всех желающих поскорее выйти.

– Мел, ты идешь? – Джейкоб стоял по ту сторону решетки, держась за прутья. Его глаза горели от нетерпения.

– Я… да. Не жди меня.

Джейкоб помялся несколько секунд, не зная уйти или остаться, а потом чертыхнулся и подошел к Мелани.

– Что с тобой?

– Немного плохо. Это сейчас пройдет. Иди.

– Да ладно, – ухмыльнулся Джейкоб. – Слишком много приключений мы с тобой пережили.

– Но это не значит, что ты должен на мне жениться, – засмеялась Мелани, почувствовав, как тревога отступает.

– Пошли, заберем свои вещи и свалим из этого сраного места.

– Да… Да, ты прав.

Перед тем, как выйти из-за решетки, Мелани оглянулась назад на дверь, ведущую в лабиринт. Ей не верилось, что они провели тут всю ночь, и смогли выйти отсюда живыми.

– Эй ты! Изверг! – вдруг закричала Мелани. – Почему мы? Почему здесь?

Из динамиков раздался треск.

– Ищите и обрящете, – загоготал Фернандо Маккони. – ОБИТЕЛЬ, скажем так, мой поставщик заблудших душ.

– Они… Они знают? – Мелани была ошарашена.

Из динамиков больше не было слышно ни звука.

– Они знают, – прошептала Мелани.

Она улыбнулась Джейкобу, переминающемуся с ноги на ногу в проеме решетки, и пошла за ним.

Остальные выжившие уже успели убежать из комнаты, по этажу разносился гул их шагов по лестнице, ведущей вниз.

– Слушай, а как они сюда попали? – вдруг спросила Мелани.

– Кто?

– Ну эти, приглашенные.

– Не знаю.

– Я же обследовала все вокруг – тут не было выхода нигде.

– Наверно ты что-то не заметила. Или их провели через какой-то другой вход.

– Наверно.

Молодые люди устремились к лестнице. Джейкоб быстрым шагом шел впереди, за ним еле поспевала Мелани, стараясь унять участившееся от спешки и тревоги сердцебиение.

«Только не сейчас!» – проносилось у нее в мыслях. – «Только не в двух шагах от свободы».

***

Мелани забежала в свою комнату номер семнадцать и начала судорожно скидывать вещи в рюкзак, валяющийся на полу. Оглядываясь по сторонам в поисках того, что она могла пропустить, Мелани не могла поверить, что прошла только одна ночь.

От одного воспоминания об ужасе, пережитом в лабиринте, Мелани почувствовала, как начала кружиться голова. Бросив все, она высыпала содержимое рюкзака на кровать, судорожно пытаясь найти таблетки. Белая баночка затерялась между вещами, и на глазах у Мелани уже выступили слезы отчаяния.

«Нет, нет, нет, нет» – проносились мысли у нее в голове.

Наконец, пропажа была обнаружена. Мелани еле открыла банку дрожащими руками, высыпала пару таблеток на ладонь и одним махом отправила их в рот. Подбежав к кухне, она налила в стакан воды и жадно выпила весь стакан до дна.

«Так, надо успокоиться» – Мелани присела на кровать. Правая нога выбивала нервную дробь, сердце колотилось, дыхания не хватало.

Прийдя в себя через несколько минут, Мелани посмотрела на часы, выругалась, и, подскочив, начала опять запихивать вещи в рюкзак.

Уже на пороге, Мелани обернулась и с ненавистью окинула разноцветное одеяло, голубые подушечки ручной работы и даже коробку когда-то вкусного печенья, которое сейчас засохло и раскрошилось.

– Мелани?

Налетев на кого-то в дверях, Мелани рефлекторно сжалась.

В ее дверях стояла Доротея.

– Мелани? Ты в порядке? – на лице у Доротеи была ее привычная улыбка.

– Нет, – отрезала Мелани и отстранив Доротею пошла по коридору. Они с Джейкобом договорились встретиться у общего зала, чтобы найти выход из этого места вместе.

– Погоди, – Доротея едва поспевала за спешащей Мелани. – Ты куда?

Мелани остановилась и развернулась на сто восемьдесят градусов. В ее глазах была такая злость, что Доротея в страхе остановилась в четырех шагах от нее.

– Что… Что случилось? – голос Доротеи еле долетал до Мелани.

– Можно подумать, ты тут ни при чем. – Мелани сощурила глаза и начала медленно приближаться к Доротее. – Ты… ты…

– Ты о чем? Я не понимаю…

– Вы ведь не зря позвали этого… режиссера. Этого… Фернандо Маккони, или как там его. Верно?