Я слышу каждое его слово, вижу тот вечер, он кадрами проигрывается в моем сознании, вижу Элизу в платье крем-брюле, вижу других девушек, раздавленных им. Слабых, сломленных ни за что, униженных за просто так. И тут слышу щелчок закипевшего чайника. Он его тоже слышит, и на долю секунды монстр теряет контроль над всеми нами. Я хватаю чайник, щелкаю крышкой и кидаю в него, он кричит, и я чувствую, как кипяток растекается и по мне. Отталкиваю Давида от себя и слышу свой пронзительный голос:

– Нет, больше никогда!

Все остальное происходит как в кино, где я оказываюсь зрителем. Вижу, как в квартире появляется Сергей с чем-то черным в руке, что-то кричит, как набрасывается на монстра, как завязывается борьба. Слышу выстрелы, крики, но все это словно происходит не со мной, а где-то там, на экране телевизора или на сцене театра, а я сама уже сижу на полу, прижавшись к кухонным шкафам, чувствую, как ручка впивается мне в плечо, а правый бок адски щиплет и горит под влажной горячей футболкой. Вижу красные пятна на своей руке и, поднимая футболку, замечаю обожженный бок.

Никогда раньше я так сильно не обжигала кожу, но эта боль не сравнится с тем облегчением, которое я испытываю. Вижу, как квартира наполняется множеством людей в форме, а монстр, это чудовище, демон многочисленных кошмарных снов, лежит, поверженный, на полу, и под ним расплывается красное пятно. Я сохраняю эту картину в своей памяти, словно финальную страницу моего комикса жизни. Жаль, альбом и карандаш сейчас лежат в другой части квартиры.

После всего происшедшего меня увезли в больницу, где оказали помощь, напоили соком и дали успокоительное, от которого я сразу же заснула.

На следующее утро мне назначили домашние процедуры и выписали. Я собиралась прогуляться по весенним улицам в сторону дома, но ко мне заезжает Сергей и с превеликим удовольствием вызывается подбросить на своей машине.

– Как ты? – спрашивает он уставшим, но умиротворенным голосом.

– Теперь отлично, а ты?

– Я тоже. Как хорошо, что ты мне набрала.

– Мне нужна была твоя электронка, я хотела отправить файлы. Спасибо, что взял, – улыбаюсь я.

– Тебе повезло, твоя дырявая память спасла тебе жизнь, – издевается он. – Хорошо, что мы были совсем рядом, стояли на перекрестке. Боже, я чуть сердечный приступ не заработал, когда услышал голос мужика, вместо твоего. Это теперь будет в моих кошмарах. Но тебе все равно нужно дать показания. Когда придешь в себя, я не тороплю. Можешь зайти ко мне, как будешь готова. Сейчас все равно начнется вся эта волокита с бумагами. Пересмотр дела Кира и…