Аля написала мне только через неделю, но я не ответил, обида и эгоизм все еще жгли изнутри. Я чувствовал, что она винила меня, а я был полным кретином и винил ее в ответ. А еще я начал искать того, кто сделал это с ней. Стал ворошить прошлое, решив, что приду к ней тогда, когда все выясню. Такой герой-победитель, который притащит ей поверженного преступника, чтобы он извинился. Я хотел, чтобы она поняла, на что я готов ради нее. А до тех пор я не собирался чувствовать на себе ее обвиняющий взгляд.

Но кому от этого было легче?

Я любил ее всем своим существом и пытался сделать как лучше.

Она любила меня, я чувствовал это.

Нам просто не повезло.

От своего друга я узнал, что они переехали. Но даже не стал спрашивать почему. Ну какой же был кретин. А через несколько месяцев Аля позвонила мне. Ее голос был таким сухим и безжизненным, что внутри меня от каждого ее слова что-то отмирало. Она предложила встретиться на руинах, у разрушенного фонтана. Ветер в тот день словно прилетел из Третьего города и леденил каждую клетку кожи. Я поднял воротник накидки и засунул руки в карманы. Аля шла ко мне в своей голубой непродувайке, опустив голову и тоже спрятав ладони.

– Привет, – сказал я и постарался улыбнуться.

– Привет, – ответила она, но ее губы так и остались ровной полоской.

– Как ты?

– Жива.

Мы пошли по безлюдным развалинам среди искореженных хмурых зданий, как два незнакомца.

– Зачем ты так со мной? – не выдержал я.

– Как?

– Жестоко.

– Я не хотела.

– Я тоже.

Я остановился, взял ее за рукав и повернул к себе. Мне в лицо дул суровый ветер, но я только щурил глаза и продолжал вглядываться в нее.