– Этот уродец снова избил тебя, да? Ты убежала? Я так и знала, что с такими, как он, не бывает хорошо. Все эти островитяне – чудовища, нелюди!

Я замотала головой, но при этом расплакалась, прижимая к себе руки, словно стараясь защититься.

– Ничего. Страшно в первый раз только. Был у меня один, который свои руки распускал. Такое терпеть нельзя, Милка, никогда. Даже за деньги.

Я рыдала, прижимая к ноге тающий многоразовый лед и думая о том, что произошло. Мне следовало позвонить в охрану, я запомнила модель вездехода и номер. Единственное, за тонированными стеклами не видела водителя. Но это же не проблема для охранников. Я включила экран на часах и записала голосовое с цифрами, цветом и моделью того вездехода. Боялась забыть их. Но такое не забывается. Я и сейчас помню все, словно это произошло несколько минут назад.

Анька достала бутылку настоя и налила мне целый стакан. Притащила с кухни пачку сухих закусок, запарила их водой и поставила разбухшие соленые пончики передо мной. Она приказала мне выпить. Настой я не любила, но повиновалась и опрокинула в себя горькую противную жидкость. Быстро заела взбитым пончиком и отдышалась.

– Ну, рассказывай, – начала Анька и села рядом со мной на кровать.

Я пересказала ей все, что произошло, – в этот раз не могла повиноваться Виктору. Я больше не готова была слушаться его беспрекословно. Подруга ошарашенно смотрела на меня.

– Ну и дела!..

– Надо позвонить в охрану, – сказала я и потянулась к часам.

– Успеешь. Дай подумать… Почему он уехал, это ведь не он ее сбил, а, Мил? – встревоженно спросила она.

– Нет, нет, я же сказала. Мы тоже переходили дорогу, но я подвернула ногу, а девушка шла рядом. Все произошло за секунду. Я даже не знаю, откуда взялся этот вездеход.

– Мила… – загадочно произнесла Анька. – А может, это его хотели укокошить? Или вас?

– Нас? Но зачем?

– Это у него надо спросить. Мне кажется, твой островитянин точно что-то понял. Почему он не дал тебе вызвать лекарей и охранников, почему уехал? Почему сказал тебе никому ничего не говорить?

– Не знаю, – нервно ответила я.

– Странно ведь. Когда ты не при делах, зачем бежать-то?

Я отдала контейнер Аньке и сидела в недоумении. Настой сделал меня апатичной и вялой. Через полчаса подруга проводила меня до моей комнаты, уговорила соседку поменяться на пару дней кроватями, так как взобраться на второй ярус я не могла. Я легла, закрыла глаза и вновь увидела ее, девушку на асфальте.

Прошло несколько дней, но Виктор так и не звонил. Мои соседки разбрелись по комнатам своих парней, и я осталась одна. Анька купила дешевой шипучки в пластмассовой бутылке, какие-то соевые закуски и устроилась на полу около моей кровати. Когда мы уже допивали напиток, она сказала: