Стив выпрямился.

– Господин, у всех наших сундуков есть петли. И замки. У нас товар только самого высокого качества.

Хм. С одной стороны, это хорошо. С другой стороны, эти штуки, похоже, недешевые. Но тут у меня особого пространства для маневра не было.

Стив ненадолго покинул меня и вернулся с почти идеальным сундуком. Я быстро осмотрел его, открыл и увидел, что он практически точно соответствует моим требованиям.

– Сколько?

– Восемь железных монет и четыре медяка.

Ох. Я позволил своему лицу принять удивленное выражение и на пару секунд застыл.

– Это… э-э-э…

Стив огорчился, поняв, что запросил слишком много.

– Это, разумеется, розничная цена. Однако торговля сегодня идет плоховато, так что…

Я понял намек.

– У меня семь железок и шесть медяков. – Я раскрыл ладонь, показывая ему деньги. – Больше у меня ничего нет. И мне очень нужна эта вещь.

Стив, похоже, испытал облегчение, но попытался это скрыть. Видимо, данная сумма все равно была выше себестоимости.

– Это приемлемо.

Я протянул ему деньги и забрал сундук. Хорошо, что продавец не уперся. Я, возможно, выплюнул бы две оставшиеся монеты – просто чтобы увидеть его реакцию.

* * *

На сундуке был симпатичный замок, сделанный из какого-то безумно твердого дерева, которое заменяло квинланцам металл. Возможно, решительно настроенный вор сумел бы его вскрыть, однако мне хотелось, чтобы мой багаж вообще не привлекал внимание воров. Поэтому, вернувшись к своему дереву, я начал втирать в стенки сундука грязь, чтобы лишить его блеска. Через несколько минут в моем распоряжении был уже достаточно замурзанный и потрепанный жизнью сундук. Затем я нарвал сухой травы и выложил ею дно сундука.

Закончив подготовку, я залез на дерево, достал матрицу Бендера из опороченного рюкзака и аккуратно уложил ее в сундук, проверив, что трава упакована достаточно плотно и не сдвинется с места.

Последнего «паука» я поместил в сундук вместе с матрицей. «Паук» – моя страховка. Он изменит сундук так, чтобы его было сложнее вскрыть или украсть. И в худшем случае какой-то вор получит по морде плазменным резаком.

Рюкзак выглядел скверно; куб растянул его, и я не был уверен в том, что он сможет восстановить свою нормальную форму. С ним я бы выделялся из толпы, даже если бы в рюкзаке не лежала матрица. Вздохнув, я несколько раз встряхнул рюкзак и надел его на себя. Без него я буду выделяться еще больше.