По залу ходили несколько учителей. Это были судьи отборочного раунда. За ними семенила группа участников конкурса – она напоминала длинный шлейф платья старинной аристократки. Мнение судей сильно сказывалось на финальной оценке, поэтому все конкурирующие команды были готовы представить учителям свои проекты быстро и наиболее привлекательно.

– Ломар Неа, великий модельер двадцать первого века, черпал идеи из современных танцев и пытался определять одежду, как взаимоотношения человеческого тела и космоса. Наш дизайн призван расширить этот подход…

Джиэль оживленно тараторила, ради пущей выразительности размахивая руками. Она репетировала эту речь целую неделю, а вчера легла спать очень поздно – всё упражнялась для презентации.

– …Большинство людей считает одежду средством для того, чтобы согреться, или украшением. При этом люди отстранены от природы и космоса и противопоставлены им. Мы все знаем, что духовная цель каждой личности состоит в том, чтобы разорвать путы банального мышления и постоянно обновляться. Мы изготовили эти доспехи для этой самой цели. Превращая солнечный свет в электричество, этот материал годится не только для изготовления космических скафандров и костюмов для шахтеров. Он представляет собой новейшую концептуальную конструкцию: нашему телу больше не нужно прятаться от природы, но способно обнять природу, приобрести ее…

Джиэль лучисто улыбалась учителям. Она говорила с уверенностью и естественным изяществом. Репетиция до поздней ночи сделала свое дело. Время от времени Джиэль бросала взгляды на стоящую в толпе зрителей Люинь. Та подбадривала ее, одобрительно кивая. Рядом с Джиэль стоял Дэниел в бледно-голубом костюме из нового материала. Джиэль рассказывала, а он то раздувал грудь, то запрокидывал голову, то принимал самые разные позы, заимствованные у древнегреческих статуй.

Глядя на Джиэль, Люинь вспоминала старый дом на Земле, где почти год прожила с компанией политических еретиков. Там она познакомилась с одной девушкой, которая, так же как Джиэль, непрерывно повторяла слово «новшество» для описания всего на свете. Впечатление было такое, словно жизнь Джиэль до отказа наполнена новыми идеями, новыми концепциями, новыми страстями – совсем как у тех людей, с которыми Люинь долго жила под одной крышей.

Они тоже восхваляли новшества. Они стремились наполнять всякими новинками свою гедонистическую жизнь. Они были авангардистами и носили странную одежду и экспериментировали с новыми наркотиками, они презирали старые усталые мегаполисы и искали совершенно иного образа жизни. Люинь тусовалась с этими людьми и вместе с ними участвовала в захвате поместий богачей. Эти люди вплетали цветы и травы в свою одежду, они разбирали на части старые эскалаторы и превращали их в «горки», с которых можно было скатываться в захваченном старом доме. Джиэль говорила о новшествах, как те люди, с которыми Люинь жила на Земле под одной крышей, но они понятия не имели о жизни друг друга.