Чжао оказался старым боевым товарищем дедушки. Недавно он перенёс операцию на сердце: ему поставили коронарный стент. И теперь он тоже скучал в одиночестве дома. И у него был свой А-Фу.

Дедушка Чжао тоже любил играть в шахматы и тоже постоянно жаловался на плохую игру А-Фу. Вану пришла гениальная идея: дедушке Тунтун он прислал комплект сенсорного оборудования и научил им пользоваться. Спустя несколько дней дедушка уже мог управлять А-Фу дедушки Чжао и так играть с ним в шахматы.

Они не только играли в шахматы, но и болтали на родном говоре, отчего дедушка Тунтун выглядел бодрым и радостным, как ребёнок.

Дедушка сказал:

– Тунтун, посмотри-ка.

Он сделал движение руками в воздухе, и белые руки на экране подняли деревянную шахматную доску, плавно повернули её и вернули на место.

Тунтун с удивлением смотрела на экран. Это что, дедушкины руки? Да это волшебнее самого волшебства!

Она спросила:

– А можно мне попробовать?

Дедушка снял перчатки и передал их Тунтун. Перчатки были эластичными, и хотя руки у Тунтун были маленькими, перчатки плотно осели на них. Тунтун попробовала пошевелить пальцами, и руки А-Фу на экране тоже зашевелились.

Дедушка сказал:

– Тунтун, пожми руку дедушке Чжао.

Дедушка Чжао, улыбаясь, протянул руку, и Тунтун осторожно пожала её. Она почувствовала давление внутри перчатки, как будто она действительно держала за руку живого человека и даже ощутила тепло. Ну до чего же это было интересно!

Тунтун потрогала шахматную доску перед А-Фу, фигуры и горячую чашку чая рядом. На кончиках пальцев она ощутила жар. Тунтун испугалась, рука дрогнула, и чашка упала на пол, разбившись вдребезги с громким хрустом. Шахматная доска упала, фигуры рассыпались по полу.

– Ай-я! Ну что же ты! – воскликнул дедушка.

– Ничего страшного, ничего страшного, – успокоил дедушка Чжао, махнув рукой.

Он хотел было взять веник, чтобы подмести, но дедушка Тунтун остановил его:

– Сиди-сиди, старина Чжао! Осторожнее с руками, тут осколки. Давай я. – Он надел перчатки и с помощью А-Фу собрал все шахматные фигуры и подмёл осколки на полу.

К счастью, дедушка не разозлился и не рассказал ничего папе.

– Дети всегда торопятся, – с улыбкой сказал он дедушке Чжао. И тоже засмеялся.