Все эти А-Фу находились под управлением пожилых людей, которые сами нуждались в уходе. Некоторые из старичков плохо ходили, но сохранили ясный рассудок; у других была плохая память, но они не забыли навыки, освоенные в молодости; а ещё было много людей без серьёзных проблем со здоровьем, которые были просто подавлены и несчастливы. Но теперь они, казалось, обрели второе дыхание и все вместе стремились показать, что списывать со счетов их пока рановато.

Никто не ожидал, что А-Фу можно использовать таким образом. Кто бы мог подумать, что у старой гвардии ещё осталась такая сила воображения?

Больше всего в память Тунтун врезалась история, когда десяток А-Фу сформировали небольшой оркестр традиционной музыки, который играл и пел в парке у пруда. Ван сказал, что оркестр уже стал популярным в сети. Оркестром управляли слепые старики, поэтому его так и назвали – «Оркестром старых слепцов».

Ван с восхищением сказал:

– Тунтун, твой дедушка совершил настоящую революцию!

Тунтун вспомнила, как мама часто говорила, что дедушка – старый революционер и что он занимался революционной работой всю жизнь, а в таком возрасте пора бы и отдохнуть. Но разве дедушка не был врачом? Когда это он занимался «революцией»? Революция – это что, работа такая? И почему ею нужно заниматься всю жизнь?

Тунтун не могла этого понять. Но ей казалось, что революция – это неплохо, ведь дедушка снова стал похож на того, прошлого дедушку.

11

Каждый день дедушка был полон энергии, и, когда у него выдавалась свободная минутка, он начинал петь во весь голос:

Тунтун с улыбкой сказала:

– Дедушка, но вам же уже восемьдесят три года!