— Да вы, уважаемый, как я вижу, философ? — донеслось неожиданно сзади.
Я медленно обернулся.
— С чего вы взяли?
Передо мной стоял довольно высокий… ростом, наверное, выше двух метров «товарищ» в длинном плаще с накинутым на лицо капюшоном. В свете единственного на мосту фонаря разглядеть его… в смысле, лицо возможным не представлялось, но, в целом, на полицейского и, вообще, представителя власти незнакомец был не похож.
— Вы читали «Трёх мушкетёров» Дюма? — поинтересовался он «светским» тоном.
— Ну, читал. И чего?
Незнакомец насмешливо фыркнул.
— Там просто был эпизод, где Портос случайно увидел стоящего на мосту Планше, будущего слугу д’Артаньяна. Тот так же, как вы, стоял у перил, плевал в воду и любовался разбегающимися кругами. Славный Портос мгновенно сообразил, что такое занятие свидетельствует о склонности к созерцанию и рассудительности, и значит, такой слуга подойдет его другу-гасконцу как нельзя лучше.
— Слугой быть не собираюсь, — буркнул я, развернувшись обратно к воде.
— Вы позволите? — шагнул он к перилам и опёрся на них, как и я.
— Ограждение крепкое, — пожал я плечами. — От ещё одного придурка оно не развалится.
— А ты шутник, — хохотнул незнакомец. — Меня, кстати, Рау́л зовут. А тебя?
Я промолчал. Этот тип был мне неприятен. И вообще он мешал мне спокойно закончить то, что должно быть закончено.
— Брезгуешь? — попробовал угадать нежданный сосед. — Или религия не позволяет?
— А тебе-то какая, хрен, разница?
— Ты прав. Разницы, действительно, никакой, — Раул усмехнулся и откинул с лица капюшон.
Я мысленно крякнул. Он был и впрямь не похож ни на полицейского, ни на чиновника, ни на бандита, ни даже просто на человека… Да, у него были нос, рот, уши, глаза… и кожа отнюдь не зелёная, как у всякого добропорядочного инопланетянина. Однако всё вместе, довольно причудливо соединенное на физиономии, создавало ощущение абсолютнейшей чуждости.
— Ну, у тебя и рожа, приятель, — протянул я, дёрнув непроизвольно щекой.
— На свою посмотри, — парировал визави. — С точки зрения моей расы, все люди — уроды.