Она постаралась высвободиться из его захвата, но почувствовала, как все ее тело моментально наливается тяжестью, а веки сами по себе слипаются. Последнее, что Кира запомнила перед тем, как окончательно потерять сознание, было то, как чьи-то сильные руки подхватывают ее подмышки и куда-то тащат. Сопротивляться сил не было. Старик вколол ей быстродействующий наркотик.

Валера, находившийся ближе всех к Кире из группы наружного наблюдения, быстро зашагал вперед, пробиваясь сквозь сгрудившихся вокруг умирающего старика зевак. Он успел увидеть, как бессознательную Киру затаскивают в машину скорой помощи, а старик, неожиданно пришедший в себя, запрыгивает внутрь следом за ней.

Не помня себя от страха за девушку, Валера рванулся сквозь толпу, расталкивая людей. Ухватившись за ручку двери автомобиля, он дернул ее на себя. Та распахнулась, и из образовавшегося проема высунулся один из санитаров. Резко саданув Валеру ногой в грудь и отбросив его на метр назад, этот человек вновь захлопнул дверцу уже отъезжающей автомашины.

Все произошло так быстро, что практически никто ничего не успел понять. Карета скорой помощи, включив сирену и проблесковые маячки на крыше, понеслась прочь с территории ВДНХ.

***

– Начинаем скрытное преследование, – бесстрастно произнёс полковник Михеев по рации. – И попрошу без самодеятельности. Мы подключены ко всем уличным видеокамерам, а также используем программу распознавания лиц. Полагаю, что вскоре мы установим личность похитителя Киры. Кроме того, маячок, встроенный в одну из ее сережек, подает четкий сигнал.

Сразу два автомобиля начали движение, выехав с территории выставочного центра. Группа наружного наблюдения вела машину скорой помощи, следуя за ней на достаточном расстоянии, чтобы не обнаружить себя.

Похитители выехали на проспект Мира, а затем ушли в сторону, начав петлять в перекрестье улиц, направляясь в район Сокольники. Через десять минут маячок Киры заглох. Догадываясь, что их преследуют, противник позаботился о том, чтобы обнаружить и нейтрализовать слежку. Теперь оставалось надеяться только на систему видеонаблюдения.

Машину скорой помощи вели по камерам до тех пор, пока она не оказалась в «слепой зоне». Целых две минуты автомобиля нигде не было видно. Михеев приказал группе, следующей за ним на неприметном седане, подъехать поближе. Пока оперативники крутились в переулках, автомобиль вновь показался на мониторах и продолжил движение.

Впившись в экраны, Галл в бессильном отчаянии наблюдал, как скорая помощь мчится по московским улицам. Рядом примостился потирающий ушибленную грудную клетку Валера. В том, что Киру похитили, он винил только себя. Ведь он был так близко и не сумел ее защитить!

Через полчаса машина въехала на территорию многоуровневой парковки при большом торговом центре. Полковник Михеев приказал оперативникам следовать за ней. Седан подкатил и припарковался на том же уровне, через три автомобиля от остановившейся скорой помощи. Оперативники наблюдали, как дверь кабины со стороны водителя приоткрылась, и оттуда выскользнул невысокий худощавый мужчина, лицо которого было скрыто маской. Через мгновение раздался взрыв.

Карета скорой помощи загорелась, как факел. Все заволокло удушливым дымом. Кашляя и прикрывая рты руками, команда наружного наблюдения рванула вперед. Раздался громкий хлопок – водитель выстрелил в камеру видеонаблюдения, установленную на парковке. Один из оперативников бросился его преследовать, однако тому удалось ускользнуть, выбравшись в здание торгового центра, заполненное множеством дневных покупателей.

Подоспевшей на помощь группе немедленного реагирования удалось быстро потушить пожар. Однако тут же стало ясно, что в машине скорой помощи больше никого нет.

– Они обвели нас вокруг пальца! – простонал Михеев по рации. – Полчаса мы следили за пустым автомобилем.

– Наверное, они поменяли транспорт тогда, когда мы их потеряли в «слепой зоне», – оправдывался один из его оперативников.

– Вы хотя бы установили личность старика при помощи программы распознавания лиц? – досадливо поинтересовался полковник.

– Никак нет! – отрапортовал специалист. – Подозреваем, что был использован пластический грим.

– И где их теперь искать? – удрученным тоном задал вопрос Михеев, обращаясь в пустоту.

***

Галл вне себя от гнева метался внутри минивэна, оборудованного системой слежения. Как они могли так глупо проколоться? Ведь с самого начала было очевидно, что их враг попытается захватить флэшку. Как же сейчас Галл ненавидел Оператора! Аналитик прекрасно осознавал все риски, и все же отправил девушку на встречу со связным покупателя вируса.

– Вы подставили Киру! – не сдержав эмоции, прорычал боец по рации. – Я же предлагал пойти туда вместо нее. Почему Вы мне тогда отказали?

– Прекрати бесноваться, – хладнокровно ответил ему Оператор. – Сейчас не время для истерики. Нужно сохранять присутствие духа и сосредоточиться на решении нашей основной задачи. Поверь мне: в данный момент Кире ничего не угрожает. У нас есть, по крайней мере, несколько часов для того, чтобы проследить, куда ее увезут, и захватить не только исполнителей, но и самого заказчика. Мы имеем дело с умным и хитрым противником, а это означает, что его действия можно просчитать. Поэтому в отправленном сообщении с предложением сделки значилось, что флэшку передаст человек, которому Илюшин рассказал о том, как функционирует программа. Я нисколько не сомневаюсь – наш противник тоже не знает, что записано на флэшке, и как этим пользоваться. Поэтому он не сможет устоять перед искушением и постарается завербовать Киру, как специалиста, который покажет, как пользоваться кодами активации.

– Так Вы заранее знали, что Киру похитят? – ужаснулся Галл.

– Мы обсудили с ней данный вариант. Так что она знала, на что идет, – невозмутимо ответил ему Оператор.

– Вы понимаете, что эти люди сделают с Кирой, когда правда откроется? – отчаянно проревел боец.

– Мы не допустим этого. Савва немного поколдовал над флэшкой. Как только наш противник подключит ее к компьютеру, мы сможем точно установить, где он прячется. А пока нам остается только ждать и надеяться, что Кира все сделает правильно.

Глава 36

Глава 36

Сознание медленно возвращалось к Кире. Перед глазами все расплывалось, а голова казалась налитой тяжелым свинцом. Во рту все пересохло, жутко хотелось пить.

Девушка попыталась вспомнить, что произошло, и как она тут очутилась. В мозгу возникали лишь разрозненные фрагменты: вот она идет по центральной площади ВДНХ, затем какой-то старик хватается за нее рукой и что-то шепчет, потом наступает чернота.

Интересно, какую дрянь они ей вкололи? Кира принялась перебирать в уме подходящие варианты медикаментозных средств со схожими признаками воздействия. Неожиданно в памяти всплыло, что в первый раз она очнулась не здесь, а в какой-то машине. Там нещадно трясло, и Кира, привязанная к медицинской каталке, постоянно съезжала в сторону на каждом резком повороте. Старик сидел рядом с ней, и как только он заметил, что девушка приоткрыла глаза, то тут же достал шприц и сделал ей укол в предплечье, после чего Кира снова впала в беспамятство.

Сделав над собой усилие, девушка разлепила веки в попытке рассмотреть хоть что-то перед собой. Непослушная прядь волос упала ей на глаза, и Кира попыталась поднять руку, чтобы убрать ее от лица. Однако стоило ей пошевелить кистью, как в кожу немедленно впился туго затянутый пластик. Кира задёргала ногами – те тоже были связаны.

Сфокусировав взгляд, девушка попробовала повертеть головой. Кажется, она лежала на узкой металлической койке, прикованная к ее основанию. Вокруг были голые бетонные стены, грубо оштукатуренные и выкрашенные дешевой темно-серой краской. Низкий потолок, вдоль которого тянулись инженерные трубы и пучки проводов, подсказал девушке, что она находится в каком-то подвале.

В помещении было темно и прохладно. Кира силилась рассмотреть во мраке окружающие ее предметы, однако видимость ограничивалась лишь железной спинкой старой койки. Тогда девушка снова закрыла глаза. Поначалу она не услышала никаких посторонних звуков кроме монотонного гула, исходящего откуда-то сверху и напоминающего звуки работающего конвейера. Кира сообразила, что ее, по всей видимости, привезли в какое-то производственное здание. Внезапно ей показалось, что за стеной раздается тихое хныканье. Кира напрягла слух. И действительно – где-то совсем рядом плакал ребенок.

В данную минуту Кира ощущала себя так, словно попала в оживший ночной кошмар. По всему телу девушки побежали холодные мурашки. Не так она представляла себя знакомство с покупателем вируса. Почему-то ей казалось, что ее интеллигентно пригласят проехать на конспиративную квартиру, где она будет сидеть в удобном кресле, закинув нога на ногу, и вести хитроумный диалог с противником. Однако действительность оказалась куда хуже, чем ее фантазия. Ее накачали наркотическими препаратами, связали и бросили одну в пустом и страшном подвале.

Не выдержав, Кира истошно закричала.

– Помогите! Кто-нибудь меня слышит?

Ее голос искаженно отразился от бетонных стен. Кира вновь прислушалась. Ее обступила тишина. Даже детский плач прекратился, словно тот, кто находился за стеной, услышав ее крики, испуганно замер. Кира отчаянно забилась на койке, в безумной попытке выдернуть хотя бы одну руку из удерживающих ее пластиковых стяжек. Через несколько минут, до крови разодрав кожу, девушка оставила свои бесполезные попытки. Оставалось только лежать, тупо пялясь в угрожающе нависающий над ней потолок.