— Помню. Но я всю ночь думал, — Безобразов отступил от Павла на шаг. — Я все-таки рискну.

— Не надо…

— Отставить! — уже совсем другим, резким и холодным тоном приказал капитан, и говорящий мгновенно осекся. — Белецкий, общая тревога! Передать на центральный пульт – ситуация «гроза». Господин Бирон, где ваши заговорщики?

Его серые бесстрастные глаза выжидательно уставились на Павла. Невероятным усилием воли тот заставил себя оттолкнулся от стены. От облегчения у него перехватило дыхание.

— В совещательном зале на втором этаже, — наконец с трудом произнес он. — Идите за мной…

* * *

— Это ваше последнее слово? — как-то даже вкрадчиво произнес секретарь Комитета.

— Сколько раз можно повторять одно и то же? — устало спросил Олег.

Голова кружилась, и боль от руки мягко отдавалась в ней. Может, сдаться, а? Характер я продемонстрировал, перед собой не стыдно, так что… Нет уж, хрен. Помирать, так с музыкой. Пашка наконец-то догадался свалить, а мне уже пофиг. Мое «пан или пропал» все-таки закончилось плохо, и бежать некуда. Не в Сахару же, в самом деле…

— Я в сотый и в последний раз повторяю, что не собираюсь нарушать закон. После того, как вступлю в должность, я рассмотрю любые предложения по переустройству системы власти. Но я не собираюсь поддаваться на ваш шантаж сейчас. Полагаю, господа, что на сегодня достаточно. Совещание закрыто, все свободны, — он с трудом поднялся из кресла, стараясь беречь руку. — Господин Шварцман, вы мне понадобитесь, задержитесь…

В глазах затуманилось. Олег покачнулся и ухватился за кресло, чтобы не упасть.

— Вам плохо, Олег Захарович? — участливо возник из тени Дровосеков. — Секундочку, мы поможем…

В тот же момент крепкие руки ухватили Олега за плечи. Один из телохранителей подошел к нему, держа в руке шприц-пистолет.

— Не волнуйтесь, Олег Захарович, — успокаивающе проворковал голос Пыреева, — сейчас вам сделают инъекцию, и все будет в порядке. Только не волнуйтесь так…

Олег дернулся, и боль от простреленной руки, зажатой железной хваткой, отдалась по всему телу.

— Нет… — с трудом прошептал он. Бывший телохранитель расстегнул ему рукав пиджака, затем рубашки и приставил шприц к коже.

— Ни с места! — властный голос заполнил помещение. — Никому не двигаться! Ты, со шприцом, положи инструмент на стол и подними руки. А ты, гнида, отпусти Председателя!

Безжалостная хватка разжалась, и Олег, чтобы не упасть, взмахнул здоровой рукой в поисках опоры. Кто-то подхватил его сзади, и голос Пашки произнес:

— Спокойно, Олежка, я тут. Все нормально.

Олег осторожно опустился обратно в кресло. В зал вбегали люди в камуфляже. Человек с капитанскими звездочками строевым шагом подошел к нему и отрапортовал: