В отличие от высокого деревянного забора, который преграждал путь всем любопытствующим через полсотни метров. И предостерегающие надписи «Внимание, идут съемки! Посторонним вход воспрещен» подсказывали, что мы на месте.

Дорога (на которой, между прочим, явно виднелись следы тяжелых машин) упиралась в огромные ворота из гофрированной жести, на которых висели знаки «Кирпича» и предупреждающая табличка:

«Осторожно, злой режиссер!»

– И впрямь, киношники, – ухмыльнулся Физик и нажал на клаксон, пытаясь привлечь внимание тех, кто находился по ту сторону ворот.

Прошло минут десять.

– Ну что, гранатой их, или будем таранить? – деловито поинтересовался наш водитель, когда стало ясно, что никто не собирается нам открывать.

И, словно они только этого и ждали, ворота заскрипели и слегка приоткрылись.

В щель просунулась взлохмаченная голова.

– Вы еще кто такие? – недовольно спросила голова заспанным голосом.

– А что, не видно? Журналисты мы. Приехали интервью брать по вашего мальчика… – отозвался Физик, но тут же прикусил губу.

В чат Коммуникатора ему Рапида высказала все, что думает по поводу такого самоуправства – это она должна была вести переговоры. Обиженная девушка заявила, что раз некоторые престарелые усачи с комплексом непризнанного стэндапера не верят в нее, как в лидера отряда, то пусть сами тогда переговоры и ведут, а она умывает руки. Желательно – кровью Куделькиных, и поскорее.

– Какого еще мальчика? – переспросила голова.

– Любого. Желательно, про самого главного!

Голова исчезла и с кем-то неразборчиво зашепталась по ту сторону ворот. Жаль только, что нам ничего не было слышно.

– Вам не назначено, – наконец, снова вернулась она.

– Очень даже назначено, – уверенно заявил Физик, – Передай своей мымре крашенной, что приехали специалисты от Шефа. Только учти, чтобы все пересказал ей слово в слово!

Голова снова пропала, на этот раз надолго.