Мэт оказался прав. Крыслинги судя по всему, обладали немалым опытом в бою с такими тварями. Когда зверь бросался на кого-то из них, тот стремительно отступал, тогда как остальные набрасывались на него, стараясь вонзить свои копья как можно глубже. Зверь разворачивался и бросался на обидчиков, но те убегали от него, и все повторялось снова. Довольно быстро одно из зачарованных копий пробило сердце невиданного зверя. Истекающий кровью исполин завалился на бок и, пару раз судорожно дернувшись, затих.

Добыча не интересовала победителей, поэтому они дали знак ехать дальше. И вскоре их разношерстный отряд был уже возле лагеря. Оставив коней на попечение зверолюдей и позволив связать себе руки, путники вошли в некое подобие ворот на территорию лагеря.

Такого огромного количества крыслингов Айвен и представить себе не мог. Тем не менее, лагерь этот был лишь временной стоянкой: жилищами здесь служили шалаши из веток и совсем недавно выкопанные землянки. Освещали лагерь многочисленные факелы и рыбьи пузыри, наполненные светляками. Повсюду сновали вооруженные крысолюди. Два десятка покрытых шерстью воинов окружили пленников и повели через поселок.

— Похоже на подготовку ко вторжению. Вряд ли это все охотники, — шепнул вор Мэту.

— Скоро узнаем. Если я не ошибаюсь, сейчас нас примет сам Вивисектор.

— А разве он еще жив?

— Он способен менять тела, как я рубашки — просто выбирая наиболее подходящее. Думаю, что проблема возраста перед ним не стоит. А вот в здравости его рассудка я сомневаюсь. Жить сотни лет в сотнях разных тел, да еще и в этом жутком месте — какой разум сможет выдержать это?

Их привели к строению, которое при развитом воображении и большом желании можно было даже назвать домом. Правда, сложен он был из неотесанных бревен, а крышей ему служил самый настоящий плот, у которого даже не убрали рулевое весло и мачту. Правда, был он наполовину сгнившим и сильно зарос мхом. У входа стояли два странных существа, похожих на обритых двухметровых обезьян. В руках эти создания сжимали увесистые дубинки и подозрительно рассматривали всех проходящих мимо своим единственным глазом, расположенным на лбу.

— Человеки. Заходите. Хос-сяин ждет, — сделал приглашающий жест предводитель и указал на вход в жилище. Мэту и Айвену пришлось пригнуться, тогда как гоблин вошел в дверь спокойно, посмеиваясь над ударившимся головой вором.

Внутри оказалось на удивление светло. Мох, покрывавший потолок, светился зеленым светом, окрашивая помещение в жуткие цвета. В комнате находился всего один человек, и он сидел на жутковатом подобии трона, словно собранном из тел животных, с которых содрали шкуру.