– Жду собрания глав кланов, — спокойно ответил я.

Карим усмехнулся, лукаво посмотрел на меня:

– Я уже видел тебя сегодня по телевизору. Но сначала ты меня заставил сильно понервничать. Я потому и вылетел сюда, как только узнал, что ты напал на монастырь Накта Гулаад.

Карим снова покосился на Леру, теперь недоверчиво и одновременно изучающе.

— Всё в порядке, я ей доверяю как себе, — сказал я.

-- А зря, – ответил Карим, плюхнулся на диван рядом с Леркой и продолжил сверлить её взглядом.

Ей явно стало неловко, она заёрзала, отодвигаясь от Карима подальше. Потом резко встала с дивана:

– Я пойду в душ, – торопливо сказала она и засеменила в другую комнату.

Карим, довольно усмехаясь, сложил руки на круглый живот. Я прекрасно понимал, что он подумал о нас с Лерой. И скорее всего многие будут думать, что нас связывают далеко не дружеские отношения. Это злило, что я не могу открыто называть сёстрами родных сестёр, но иначе не выйдет. Впервые со дня моего появления на Хеме я всерьёз пожалел о том, что приходится изображать Азиза. Его имя дало мне не мало, но ведь сила появилась не благодаря имени Игал. Это моя сила. Она бы возникла, даже если б я был наёмником или имперским солдатом.

Алисана с обидой уколола меня негодованием. Я прямо-таки чувствовал, что она думала в этот миг: «Посмотри на него! Не нравится ему, видите ли, быть аристократом Азизом Игал!» Может, конечно не слово в слово, но наверняка что-то в этом роде.

Карим долго смотрел на меня, чего-то ожидая. Я устало завалился в кресло напротив. Снова подумал о душе. Да и переодеться бы к собранию не мешало. Одежда в крови и дырках. Вспомнил о ранениях, не обращая внимания на Карима, задрал штаны, осматривая рану. Удивительно – остался только белый шрам и струя засохшей крови.

– Идёшь на собрание глав кланов, но сам ты не глава, – Кариму видимо, надоело молчать. – Правильно. Нужно сразу дать всем понять, кто здесь достоин императорского места.

Я усмехнулся и неодобрительно закачал головой.

– Я не затем иду на собрание. Одной Каннон, боюсь не убедить нар. Я иду, чтоб подтвердить её слова и помочь убедить, что сейчас нас в первую очередь должна заботить угроза извне.

– Но кто-то ведь должен заниматься государственными делами? Во времена войны государство особенно нуждается в правителе и порядке. Иначе, пока кланы будут воевать, здесь, – Карим многозначительно ткнул пальцем в окно, – здесь начнётся хаос. Если народ почувствует свободу и вседозволенность, поймёт, что законы не действуют...

Карим шумно вздохнул, так и недоговорив.