Я поспешил на выход. То, что нужно торопиться, я прекрасно понимал. Надолго терпения у правителей кланов не хватит.
Глава последняя 15 или «Собрание»
Глава последняя 15 или «Собрание»
Страж указывал мне дорогу. Непонятно откуда явился Карим и теперь семенил за мной следом, едва поспевая. Следит он за мной, что ли? Но останавливать его не стал, возможно, его помощь мне пригодится. Позвал Рамов и Санджея и мы направились в зал собраний.
Я ворвался первый, решительно отодвигая Стражей, забаррикадировавших своими телами выход.
В зале тут же изумлённо притихли. Ярость и гнев на лицах нар сменилась непониманием и растерянностью.
— Азиз Игал? — спросил пожилой мужчина, весь коричневый, сморщенный, как изюм, и тем контрастнее смотрелись его седые до белизны волосы, свисающие сосульками на плечи. Судя по гербу, передо мной глава клана Вайш. Отлично, этот старик подтвердит, что на Меру неспокойно. Он уж наверняка должен быть в курсе.
– Верно, Игал, — согласился я и зашагал вверх к трибуне, где обычно стоял Амар Самрат.
Поймал на себе злой взгляд Роэна Рама. Их появление словно бы и никто не заметил вовсе.
– Что происходит? Почему нас не выпускают? Почему нас держали в подземелье как преступников? — громоподобно пробасил большой бородатый мужик. Герб я не узнал, но судя по акценту, одежде и бурой бороде кто-то из северян. — Почему, ракшас подери, нам прислали мальчишку? Где император?! — продолжал он грохотать на весь зал и сердито разводить здоровенными ручищами.
Следом посыпался те же самые вопрос от остальных нар. Гулко, перекатисто, где-то истерично где-то требовательно:
– Почему Амар Самрат к нам не вышел?
– Выпустите нас!
– Что происходит?!
Я спокойно стоял за трибуной и ждал, когда они утихнут.
Карим Абакар стоял неподалёку, сливаясь со стеной и делая вид, что его здесь нет. В буквальном смысле. Карим использовал иллюзию, замаскировавшись под стену. Только я его, наверное, и видел.
Тишины я так и не дождался, возгласов становились всё громче и громче. Я сделал глубокий вдох и, усилив голос, воскликнул:
— Тишина!
Все растерянно и одновременно настороженно замолчали.
– Присядьте, — спокойно добавил я, — сейчас всё расскажу.