Змея нехотя отцепилась от защитной пленки, медленно развернулась и также не торопясь уползла в рукав камзола. Занавес.

Прошло долгих пять секунд, прежде чем маги стали гасить свои защитные поля. Интересно, меня сразу прибьют или дадут помучиться? Мне кажется, они испугались, зачем же оставлять свидетеля такого конфуза.

– Ну, как, Гор, здорово, да?

– Просто супер, моя красавица, правда сейчас нас начнут наказывать за такие художества, возможно до смерти.

Люди, сидевшие за столом, молча переглядывались. Потом один из них заперхал, закашлял и засмеялся в полный голос. К нему присоединились остальные, даже обладатель скрипучего голоса.

– Нет, вы видели, какое лицо было у Мариса?! Ха-ха-ха, ой, я не могу!

– Дружище, ты жив? Я сам так испугался, что не верю, что у меня штаны сухие.

– Великолепно! Представляете, какой козырь на любых переговорах! Теперь северным варварам будет, что показать.

Понемногу все успокоились, слово взял самый старший, дон Коррель:

– Гор, знаете, чего лишены люди, у которых есть все? Сильных эмоций. За долгие годы приедается все. Сегодня вы их нам подарили, за что мы все вам весьма благодарны.

Но вы должны всецело понимать, что обладание такой игрушкой накладывает на вас серьезную ответственность.

Я набычился:

– Уважаемый магистр, это не игрушка, это живое разумное существо, мой компаньон и часть меня. И я просил бы вас всех уважительно относиться к моей подруге.

– Что-что, а уважения она, безусловно, заслуживает, – рассмеялся Скрипучий.

– Вы действительно думаете, что Пожиратели разумны? – встрял Верховный, – вот это – разумно?

С этими словами он достал из рукава мантии небольшую коробочку и открыл ее. Внутри неподвижно лежал маленький серый комочек.

– Гор!!! Смотри!! Это же…

– Тихо, Варя, только без резких движений, я все вижу.

– Какая она маленькая и беззащитная! Гор, сделай что-нибудь!

Интересно, что я могу сделать в такой ситуации? Попросить Верховного отпустить? Не отпустит. Попробовать отобрать? И пробовать нечего, не получится. Но и сидеть просто так никак нельзя, Варвара мне этого не простит.