– И вам спасибо, товарищ кот.

– Служу России, мяу, – отрапортовал Батон, ловко соскочив со стула и приложив к уху лапу с зажатой в ней кружкой. Полковник рассмеялся, а кот смутился и, поставив бокал на стол, виновато шаркнул перед собой лапой.

***

Оставшиеся от отпуска дни пролетели как-то незаметно и без особых происшествий. В основном мы провели их на даче, куда вслед за нами перебрался Пантелей, заявив, что домовым тоже отдых полагается и вообще он устал от этих каменных стен. Батон все дни напролет проводил на рыбалке, однако рыбы приносил мало, зато от него постоянно пахло тиной, а в шерсти обнаруживалась необычайно крупная чешуя странного зеленоватого цвета. Серега у нас бывал редко, буквально с головой уйдя в работу, тем более что его действительно повысили, правда, не в звании, а сделав начальником какого-то отдела. Я же первые дни после возвращения занимался починкой своего поистрепавшегося садового домика, но потом плюнул на все и банально бездельничал, загорая и наслаждаясь ленивой тишиной летних дней. Несколько заботило, что нет вестей от Ирен, да портили настроение прочитанные мною документы, что предал мне Игорь Михайлович. Из них следовало, что тому гаду, который некогда похитил моих учеников, досталось, конечно, хорошо…очень хорошо. Короче говоря, отцы Грея и Рея, хорошенько отдубасив этого самозваного темного властелина, превратили его в хомячка, после чего подарили ту какому-то первому встречному мальчику в одном из тысячи известных миров. Однако прислужники этой сволочи не разбежались, а основали некий орден, который провозгласил главной целью поиск своего господина и месть мне любимому, – а это несколько напрягало, хотя …Орден великого хомячка, блин. Даже не знаю, плакать мне от этой новости или смеяться.

Тем не менее, невзирая на все мрачные размышления, остаток отпуска пролетел тихо и незаметно. В день отъезда мы все собрались за столом на кухне в моей старенькой однокомнатной хрущевке и молча пили душистый чай, заваренный Пантелеем. Домовой весь день только и делал что вздыхал, но ничего не говорил, хотя и так было понятно, что ему неохота нас отпускать.

– Может, с нами поедешь? – наконец не выдержал я. – Дом у меня там большой…

– Да что ты, – махнул руками Пантелей. – Я ж без земельцы русской зачахну. Нет, хозяин, езжай в свои чудны земли сам, а я здесь, за хозяйством пригляжу, авось, когда и вернёшься.

– Я тоже присмотрю за квартирой, – кивнул Серега. – Не переживай.

– Ну, спасибо, – улыбнулся я, всеми своими фибрами души чувствуя, что навряд ли когда уже вернусь в этот дом и от этого становилось еще печальнее. Видимо друзья ощущали нечто подобное, однако вслух никто ничего не говорил.