— Итак, король Элрик, свое слово ты отчасти сдержал.

— Я намерен сдержать его и в остальной части, — сказал Элрик неожиданно спокойным голосом. — Выходи, теократ! Встретимся в честном поединке.

Джагрин Лерн ухмыльнулся и издал глухой смешок.

— В честном? С этим мечом у тебя в руке? Как-то раз я успешно противостоял ему, но теперь он горит кровью и душами множества лучших моих воинов-жрецов. Я не так глуп. Нет, пусть с тобой сразятся те, кому ты бросил вызов.

Он отошел в сторону. Двери открылись пошире, и если Элрик ожидал увидеть каких-то гигантов, то его ждало разочарование. Герцоги Ада вышли ему навстречу в человечьем обличье. Даже воздух задрожал от источаемой ими силы. Они остановились на верхних ступенях дворца, всем видом выражая презрение к Джагрину Лерну.

Элрик увидел их прекрасные улыбающиеся лица, и его снова пробрала дрожь, потому что в их глазах он читал что-то вроде любви, гордости и уверенности. Ему вдруг захотелось спрыгнуть с коня, упасть к их ногам и умолять их простить его за то, что он стал таким, каким стал.

— Ну так что, Элрик, — сказал возглавлявший их Ариох, — может быть, ты раскаешься и вернешься к нам? — Голос его был мелодичен и прекрасен, и Элрик едва сдержался, чтобы не сделать того, о чем он говорил.

Но альбинос зажал уши руками и закричал:

— Нет! Нет! Я должен свершить то, что должен! Ваше время, как и мое, прошло!

— Не говори так, Элрик! — Голос Балана звучал убедительно, проникая сквозь руки Элрика прямо в его мозг. — Хаос еще никогда не был так силен на Земле, даже в свои ранние дни. Мы сделаем тебя великим, мы сделаем тебя одним из Владык Хаоса, равным нам! Мы даем тебе бессмертие, Элрик. А если ты и дальше будешь вести себя так же глупо, как теперь, то только накличешь на себя смерть, и никто не будет помнить тебя.

— Я это знаю! Я не хочу, чтобы меня помнили в мире, в котором правит Закон!

Малук рассмеялся.

— Такие времена никогда не наступят. Мы полностью блокируем все, что пытается сделать Закон, чтобы помочь Земле.

— Вот поэтому-то вас и необходимо уничтожить! — воскликнул Элрик.

— Мы бессмертны — нас невозможно убить! — сказал Ариох, и в его голосе послышалось легкое раздражение.

— Тогда я отправлю вас назад в Хаос, так, что вы никогда больше не сможете обрести власть на Земле!

Элрик взвесил рунный меч в руке, и тот задрожал, слабо застонал, словно был, как и Элрик, не уверен в себе.

— Посмотри! — Балан сделал несколько шагов вниз по ступенькам. — Посмотри, даже меч, которому ты так доверяешь, знает, что мы говорим правду.

— Ты говоришь полуправду, — сказал Мунглам дрожащим голосом, удивляясь собственной храбрости. — Но я помню великую истину… Правило, которое должно ограничивать как Хаос, так и Закон, — правило Равновесия. Верховный дух поддерживает это равновесие на земле, и война Хаоса и Закона не расстраивает этого равновесия. Иногда равновесие может нарушаться в ту или иную сторону… поэтому-то и возникают разные эпохи Земли. Однако нарушение, которое мы видим теперь, недопустимо. Вы, Владыки Хаоса, в своей борьбе, кажется, забыли об этом.