Офф-моо запели, их голоса слились в одном-единственном протяжном звуке, который перерос то ли в песню, то ли в заклинание, угрожавшее поколебать весь мир. Свет смешивался с тенью, тень становилась светом. Чаша стремительно уменьшалась, как бы съеживалась — пока наконец не преобразилась в золотой, отделанный драгоценными камнями посох, который медленно вращался в воздухе над обсидиановым диском.

Офф-моо завели другую песню, и посох… вырос. На мгновение он превратился в маленького ребенка с прекрасным ангельским личиком, вновь стал самим собой, затем обернулся изящной золотой стрелой. Знак Порядка. На месте одной стрелы возник целый колчан, стрелы взмыли к потолку и зависли над диском, потом начали вращаться. Восемь золотых стрел с самоцветами. Знак Хаоса.

Но, как не замедлило выясниться, вовсе не эти знаки приковали внимание офф-моо. Обсидиановый диск обрел прозрачность, и в нем проступило изображение. Множество всадников скакало по направлению к нам. Мне почудилось, будто я смотрю исторический фильм в кинотеатре. Вот только актеры были пугающе знакомы. Впереди, на белом жеребце, слепые глаза которого были устремлены вверх, но поступь, несмотря на слепоту, уверенна, скакал Гейнор, облаченный в доспехи. За его спиной, тоже верхом на слепых лошадях, мчались нацисты во главе с Клостерхеймом, все как один в эсэсовской форме под плащами. И у каждого было при себе какое-нибудь старинное оружие — меч, пика, лук или арбалет.

А за ними надвигались чудовища, самые невероятные, самые диковинные, будто сошедшие с полотен Босха. Внезапно возникла почти крамольная мысль: а что, если художник творил, опираясь на опыт, а не на фантазии воспаленного рассудка? Длинноногие, длиннорукие, с выпученными слепыми глазами… Вытянутые рыла свидетельствовали о том, что эти существа ориентировались под землей по запаху. Они были гораздо крупнее людей, скакавших впереди, ни дать ни взять игрушечные солдатики двух различных видов. Дикари, уродливые, но наделенные зачатками разума дикари, с дубинами и топорами в руках. Попадались среди них и лучники, и те, кто был вооружен мечами. Скорее толпа, чем армия в истинном смысле слова. Но их были тысячи…

— Труги, — сказала Оуна.

Теперь я понимал, почему народ офф-моо не слишком опасался обитателей темных земель. Чудовищам не хватило бы ни разумности, ни желания, чтобы напасть на Мо-Оурию по собственной инициативе.

Один из офф-моо что-то негромко произнес. Оуна утвердительно кивнула.

— Все пантеры исчезли, — объяснила мне девушка. — Тругам некого больше опасаться. Мы не знаем, что случилось, — мертвы ли пантеры, заколдованы или просто исчезли.