Я поежился — мокрая одежда отнюдь не способствовала долгим разговорам — и рысцой потрусил по направлению к окраине. Мои товарищи следовали за мной. Что ж, судя по всему, мне суждено погибнуть в этой авантюре. Впрочем, если бы Эльрик с Оуной не помогли мне бежать из концлагеря, я давным-давно был бы мертв. По крайней мере, мне представилась возможность повидать истинную реальность, образованную множеством миров мультивселенной…

Мы как раз достигли окраины, когда почва под ногами внезапно содрогнулась. Откуда-то сверху на пол пещеры посыпались каменные осколки. Неужели землетрясение? По пещере раскатился басовитый грохот, почему-то напомнивший мне язвительный смех.

Я вопросительно посмотрел на Оуну. Девушка покачала головой. Эльрик был озадачен не меньше моего.

Новый раскат грома. Новые осколки. Как будто за нами по пятам шагал незримый великан.

Не знай я, что это невозможно, я бы подумал, что кто-то взрывает мощные заряды динамита.

Похожие ощущения я испытывал, когда побывал со своим братом-инженером (погибшим через три дня после начала войны — он рыл окоп, и в него угодила шальная пуля) на строительстве нового железнодорожного туннеля.

Я вгляделся в полумрак между каменными колоннами. Видимость была ограничена, однако я все же различил вдалеке круговороты искр. Фосфоресцирующая вода из озера вытягивалась в столбы, и эти водяные столбы, эти стройные торнадо надвигались на город. Вот они, ослепительно сверкая, достигли развалин и в мгновение ока разбросали камни во все стороны. Что-то в движении вихрей подсказывало, что они разумны — что ими, по меньшей мере, управляет некое разумное существо.

Мы бросились бежать, выискивая любое укрытие — хотя бы канаву, а лучше трещину, куда можно забиться и переждать бурю. Надежда, конечно, слабая, но когда надежды не остается, лучше уж умереть на месте.

Теперь стало ясно, как именно Гейнор овладел Мо-Оурией. Очередной сверхъестественный союзник отдал в его распоряжение демонов ветра — ишассов. О подобных тварях упоминается даже в мифах моего родного мира. Народы пустыни, кочевники, знают этих демонов под именем ифритов.

— Разве они подчиняются типам вроде Гейнора? — недоверчиво спросила у Эльрика Оуна.

— Как видишь, — лаконично ответил Мельнибонэец.

Я бежал последним. С языка рвались вопросы, но дыхания хватало только на то, чтобы бежать.

Вдруг Оуна остановилась и ткнула рукой вперед. В скале виднелся зев пещеры — иссиня-черное пятно на сером фоне. А ишассы приближались, их вой становился все громче. Не смея обернуться, мы втиснулись в пещеру, оказавшуюся достаточно просторной, чтобы вместить нас троих. Близость товарищей действовала на меня успокаивающе: я словно вновь очутился в материнской утробе, надежно укрытый от всех подстерегающих человека опасностей. Между тем ишассы промчались над той самой скалой, в чреве которой мы спрятались. От их воплей зазвенело в ушах. Потом наступило затишье, но, если прислушаться, можно было разобрать отдаленный грохот — приближалась вторая волна.